Красавице Беатрис Синклер пришлось стать гувернанткой ребенка из знатной семьи. Отныне ее дом – в замке Крэннок, о котором ходят зловещие слухи.Кто бы мог подумать, что именно там она встретит загадочного и властного Девлена Гордона, наделенного поистине дьявольским обаянием. Он покоряет ее с самой первой встречи, и девушка не в силах противиться его чарам…Беатрис готова прислушаться к голосу сердца, но что ее ожидает? Горечь разочарования или безраздельная любовь?..
Авторы: Рэнни Карен
и вгляделась в темноту, где мерцали дразнящие огоньки. Одиночество и гнев душили ее.
Мечтательница Салли обычно смеялась над ней: «Глупая девочка, ведь никогда не знаешь, что может случиться завтра. Вдруг произойдет что-то удивительное, невероятное, а ты сидишь и вздыхаешь, мрачная как туча».
Но Беатрис никогда не обладала жизнерадостностью своей подруги. И в конечном счете радужные мечты Салли не уберегли ее от холеры.
Стук в дверь вывел Беатрис из задумчивости. Она ожидала увидеть горничную, вернувшуюся забрать посуду, но на пороге стоял Девлен.
Если Камерона Гордона Беатрис впустила в свою комнату без малейших колебаний, то при виде его сына она не поспешила распахнуть дверь. В ней заговорила осторожность. Девлен не был прикован к инвалидному креслу. Этот молодой и красивый мужчина отличался дьявольским обаянием и, если верить его отцу, умело им пользовался, соблазняя доверчивых девушек. Но Беатрис не собиралась становиться его жертвой.
– Мисс Синклер. – Девлен учтиво поклонился. – Я пришел убедиться, что вы здоровы. Отец сказал, вы неважно себя чувствуете.
– Да? Он так сказал?
– Мне хотелось убедиться, что это не так. Вы выглядели вполне здоровой, когда мы расстались.
– Все хорошо, спасибо.
Оба держались довольно вежливо, но в глазах Девлена горел хищный огонек. Внезапно лицо его помрачнело, а улыбка исчезла.
– Я чем-то обидел вас?
Этот неожиданный вопрос так удивил Беатрис, что она застыла на месте, держась рукой за дверь и не сводя глаз с Девлена.
– Нет.
– Тогда почему же вы не спустились в обеденный зал?
Беатрис не прослужила в замке и одного дня, но уже оказалась втянута в семейную интригу. Она не знала, что ответить. Что Гордон-отец советовал ей опасаться Гордона-сына? Девлен не жил в Крэнноке постоянно. Он всего лишь гостил здесь, а Камерон как-никак был ее нанимателем.
И все же она не решилась солгать.
– Я получила огромное удовольствие от обеда у себя в комнате, – уклончиво ответила она, надеясь, что ей удастся избежать дальнейших расспросов.
В глазах Девлена мелькнуло сомнение, но он промолчал.
В этот миг Беатрис почувствовала себя необычайно беззащитной и уязвимой, ей страстно хотелось разделить с кем-нибудь свое одиночество, но Девлен представлялся ей самой неподходящей компанией. Как там говорил его отец? Все начинается с разговоров, потом вступают в действие чары. А ей уже довелось испытать на себе силу обаяния Девлена.
Внезапно он протянул руку и коснулся ее щеки.
– Вы очаровательны, мисс Синклер. Но почему у вас такой печальный вид?
Вопрос застал Беатрис врасплох. Ей хотелось сказать, что она совершенно безоружна перед его добротой, но вместо этого девушка попыталась закрыть дверь. Девлен ухватился за косяк, и Беатрис с мольбой взглянула на него.
– Пожалуйста, – единственное, что она сумела выдавить из себя.
– Мисс Синклер. – Ему не следовало произносить ее имя так ласково, таким проникновенным голосом.
– Пожалуйста, – в панике повторила Беатрис, протянула руку и накрыла его ладонь своей, потом медленно разжала пальцы Девлена, заставив его выпустить косяк. В ответ он поспешно схватил ее за руку.
Беатрис закусила губу, не зная, как ей теперь закрыть дверь. И тогда Девлен сделал что-то очень странное. Он наклонился и прижался губами к ее щеке. Это был поцелуй.
Ее никогда еще никто не целовал.
Беатрис ожидала большего, но ощущение оказалось слишком ошеломляющим.
Губы Девлена, теплые и мягкие, нежно коснулись ее кожи. На мгновение Беатрис почувствовала на щеке его дыхание, и всю ее охватило странное волнение.
Девлен выпрямился и снова слегка поклонился.
Извинение? Или простая вежливость?
Беатрис захлопнула дверь и бессильно привалилась к ней, прижавшись лбом к темному дереву. Она коснулась пальцами щеки там, где поцеловал ее Девлен. Щека горела. Он ушел, но воспоминание о его поцелуе осталось, смущая и волнуя Беатрис.
– Оставь в покое воробышка.
Девлен повернулся и угрюмо посмотрел на отца, сидевшего в тени в конце холла.
– Мисс Синклер? Почему вы называете ее воробышком? Должно быть, себя вы считаете ястребом? Коли так, то вам, похоже, подрезали крылья, отец.
– Если бы ты стоял ближе, я бы ударил тебя за эти слова.
Камерон направил кресло в полосу света, и Девлен уже не в первый раз подумал, что отец напоминает ему злобного паука, неслышно скользящего по полу на обтянутых кожей колесах. В Крэннок-Касле насчитывалось великое множество пандусов, поэтому Камерон мог легко проникнуть куда угодно, кроме разве что верхушек башен.
– Думаю, тебе самое время вернуться в Эдинбург, Девлен. Боюсь, ты слишком
