Когда знаменитый покоритель сердец герцог Джеред Мэндевилл сделал предложение юной Тессе Эстли, девушка решила, что сбылись ее самые сокровенные мечты. Как же она была наивна! Легкомысленному повесе просто понадобилась красивая, невинная невеста из достойной семьи, которая родит ему наследника — и уедет в сельское поместье, дабы никогда не вмешиваться в блестящую столичную жизнь мужа. Однако Тесса — не из тех женщин, которые с радостью принесут себя в жертву. Она влюблена в Мэндевилла до безумия и готова на все, чтобы покорить его сердце.
Авторы: Рэнни Карен
но, мне кажется, люди довольны, что служат там. У них всегда есть кусок хлеба.
Он налил в бокал вина.
Тесса внимательно глядела на Джереда. Как он решился на такое? Конечно, надо быть осторожными, чтобы их не узнали. Тогда уж точно нового скандала не избежать.
— Ваши вопросы по какой-то странной причине имеют способность будоражить мои воспоминания, — сказал он. — Я только что вспомнил, что мне говаривал отец: «Без состояния знатность — это просто болезнь».
Он подошел к окну, проверил ставни. Вокруг дома свистел ветер. В камине трещал огонь, простыни греются кирпичами, — так поступают в деревенских гостиницах. Комната была большая, несомненно, лучшая из всего, что могли предложить. Ну еще бы, это же для герцога Киттриджа!
Предполагается ли, чтобы она чувствовала себя как невеста? Волна предвкушения накрыла ее с головой. А, была не была!
Пусть это будет их свадебное путешествие.
Тесса осторожно сложила руки на коленях, наклонила голову, чтобы он не мог видеть, но одна слезинка все-таки упала на ее сжатые кулаки: крошечная, предательская слезинка.
— Тесса?
Его руки, скользящие по ее телу с бесконечной нежностью, вызывали дрожь. Она была не готова к этому горячему трепету во всем теле.
— Что-нибудь не так?
Она покачала головой и услышала его вздох. Он поднял ее из кресла, она прильнула к нему, повернула голову, как будто приглашая его губы прикоснуться к ее губам.
Его руки были горячими, они касались ее подбородка так нежно… Он привлек ее ближе, бормоча какие-то глупости, лишь бы избавить от внезапной грусти.
Он стоял, обнимая ее, не делая больше ничего, только покачивая ее, как ребенка. С тех пор как они вошли в комнату, прошло не больше пятнадцати минут. И все же казалось, что миновали годы. Если эта боль никогда не утихнет, если эта ее скорбь никогда не смягчится, то все остальное не имеет значения.
Даже если он никогда больше не обнимет ее, не коснется, она не забудет его запах, ощущение близости. Вот этот самый момент, когда он стоял рядом и ждал, ничего не говоря, ее объяснения.
А что объяснять? Что выражать?
Соучастие, согласие, готовность. Если она не примет его сегодня ночью, то что за этим последует? Ведь он уже прокрался мимо ворот ее разума, открыл тяжелую дверь, охранявшую ее дух, не обращая внимания на скрип петель, заржавевших от слез.
Тесса вздохнула, ее сердце было слишком переполнено, чтобы говорить.
— Вам тепло?
— Да. — Она высвободилась из его объятий. — Но я очень боюсь.
Он отстранился и заглянул в ее лицо. Что он видел там? Ее глаза избегали взгляда.
— Чего, Тесса? Или кого? Меня? Какие слова мне сказать, чтобы вы простили меня? Что сделать?
— Джеред, мне написать вам шпаргалку? А потом сделать вид, что я удивлена, довольна и благодарна, когда вы произнесете написанное вслух? Вы для этого привезли меня сюда? Уговорить меня простить вас? Я почти поверила, что я вам небезразлична, но мы оба знаем, что это неправда.
Что выражает его лицо? Недовольство? Гнев?
— Значит, вы прикажете мне простить вас, Джеред? Жены ведь обязаны делать это, разве не так? Очень хорошо. Я прощаю вас. За порочность, безразличие, за несдержанные обещания. За ребячество вместо мужских поступков.
— Проклятие, Тесса, вы не делаете наше примирение легким.
Она внимательно поглядела на Джереда. По-видимому, впервые в жизни он склоняется к компромиссу со своей гордыней.
— Так вот в чем дело? — Она положила ладонь на его грудь. — Вы хотите примирения, потому что раньше вам никогда не противоречили, никогда ни в чем не отказывали? Или вы решили без помех соблазнить меня? Заняться любовью, и я стану услужливой и покорной женой? Вот и решение всех проблем.
— В этой идее есть свой резон, — сказал он. — Если не так, то почему вы так легко позволили мне увезти вас из Киттридж-Хауса?
Она попыталась смотреть в пол, но он не позволил ей этого: приподнял подбородок, так что их глаза встретились.
— Почему, Тесса?
— Может быть, я скучала по вас. Мы можем заниматься любовью, Джеред. Сегодня, завтра, сто дней, сто ночей. И это будет чудесно, восхитительно. Но это не будет настоящим браком. Между нами всегда будет что-то стоять.
— Вы никогда раньше так не думали.
— Такое случается, когда оказываешься на грани смерти, Джеред.
Потребовалась вся ее решимость, чтобы не заплакать, когда он вышел из комнаты.
«Изольда» имела неглубокую осадку и напоминала лебедя, скользящего по черной глади моря. И она действительно была похожа на него грациозностью линий, стреловидным корпусом,
