должен был разместиться штаб группировки, наступающей на белгородско-харьковском направлении.
Когда разведывательный отряд, вернее то, что от него осталось, подошёл в назначенную точку, Хазар увидел, что это была трёхэтажная школа, полная детей, которые, как и положено, пришли в первую смену.
— Вот это поворот, — вырвалось у майора.
Разведчики быстро сдёрнули замок, закрывающий ворота во двор школы, и один из «Тигров», над которым реял триколор, въехал во двор. Остальными машинами Хазар перекрыл рядом расположенный перекрёсток, выставив их таким образом, чтобы можно было огнём перекрыть подходы.
Вместе с тремя разведчиками, Хазар вошёл в школу и проследовал в кабинет директора. Здесь уже было несколько человек, которые с испугом смотрели на русских солдат.
— Кто директор? – спросил Хазар.
— Я, — ответила женщина средних лет, выделяющаяся строгим костюмом. – Кто вы, и что вам надо?
— Мы представители вооруженных сил Российской Федерации. Предлагаю вам немедленно организовать эвакуацию из здания школы всех учеников, преподавателей и обслуживающего персонала.
— Мне нужно согласовать эвакуацию с администрацией, — ответила директор.
— Это вы сделаете после эвакуации, — сказал Хазар. – Чем быстрее вы выведете отсюда детей, тем лучше будет, поверьте.
Женщина повернулась к своим сотрудницам:
— Объявляйте эвакуацию…
— Спасибо за понимание, — сказал Хазар.
Директор подарила ему презрительный взгляд.
Через двадцать минут школа опустела.
— Часть боезапаса переносим в школу, — приказал майор.
Он осмотрелся. Чувство предстоящей беды не покидало его. Нужно было всерьёз заняться организацией круговой обороны. К этому времени к школе подъехали «Тигры», которые наткнулись на разрушенный мост, командир группы доложил, что на параллельной дороге наблюдал движение шести украинских БТР-4, которые могли вскоре выйти к школе.
Два пулемётных расчёта Хазар разместил в подвалах ближайших пятиэтажек, расчёт «Конкурса» с пятью ракетами занял позицию на крыше пятиэтажки, снайперская пара забралась на крышу соседнего дома. В самой школе стали оборудовать огневые позиции в подвале и на первом этаже.
Хазар несколько раз выходил по связи на ЦБУ, докладывая обстановку, дважды выходил на командира бригады, который заверил, что руководитель наступающей на Харьков группировки поставлен в известность о срыве в работе спецназа, и что по факту захваченным оказался только один объект.
— Хазар, тебе нужно продержаться шесть часов. Потом к тебе подойдёт батальонно-тактическая группа танковой дивизии, встретишь их.
— Принял, — ответил майор.
Бой начался с того, что от попадания ПТУРа загорелся «Тигр», стоящий на перекрёстке. Разведчики проморгали ракетчиков, пустивших «Стугну» почти с километровой дальности. В «Тигре» погиб водитель.
В ответ спецназовцы накидали по месту пуска гранат из АГС, и на некоторое время бой затих. В окна прилегающих домов, часть которых уже была разбита взрывной волной, время от времени выглядывали испуганные люди. Происходящее казалось им каким-то сюрреализмом, которого не должно было быть. Однако, бой был самым настоящим, и смерть уже раскрыла крылья над городом, собирая свои плоды.
— Вижу движение, — доложили с крыши ракетчики. – Два БТР-4 идут по улице. Разрешите открыть огонь?
— Бей, — коротко сказал Хазар.
Оглушительно хлопнув, с крыши пятиэтажки куда-то вглубь квартала полетела противотанковая ракета. Почти сразу раздался звук разрыва. Спустя полминуты полетела ещё одна ракета, раздался второй взрыв.
— Командир, — доложили ракетчики. – Оба горят.
Снайперская пара принялась расстреливать солдат, высыпавших из горящих бронетранспортёров.
— Шесть часов, — Хазар посмотрел на часы. – Нам нужно продержаться всего шесть часов.
— Вижу танк, — сообщил ракетчик. – Может быть наш?
Хазар колебался всего мгновение.
— Бей. Наших пока тут быть не может.
Однако,выстрелить ракетчики не успели – вражеские танкисты опередили их на долю секунды. Снаряд ударил в плиту над окном пятого этажа, буквально под то место, где стояла пусковая установка, и находились двое спецназовцев. От близкого взрыва они погибли на месте.
Ситуация резко осложнилась.
— Ты сформировал группу? – спросил в один из дней Исмаилов.
— Какую группу, товарищ генерал?
— Ты подходил ко мне с рапортом… человека нашёл…
— А, — вспомнил Котлов. – Так вы же не подписали рапорт на финансирование. Я не стал формировать…
— Я же тебе сказал – за счёт своих средств! – вдруг генерал повысил
