угостить ими Котлова только после того, как тот согласится стать спонсором собственного благополучия.
Котлов не думал о будущем – смысла в этом не было никакого. Срок в двенадцать лет казался ему совершенно непреодолимым, лежащим за пределом продолжительности жизни, отпущенной ему Всевышним. Каждый день был похож на предыдущий – поверки, хозяйственные работы, безвкусная пища и конечно, другие осужденные, уровень интеллекта которых у Котлова навевал тоску, потому что нормально пообщаться было практически не с кем.
К нему относились никак. Есть, и хорошо. Нет его – никто и не заметит. Арестантская молодёжь, у которой ещё играл максимализм, и которая лелеяла радость от «единого арестантского уклада» и прикосновения к настоящей «воровской жизни», иногда пыталась насаждать остальным осужденным свои требования, но, конечно, это было далеко не то, что переживали зоны всего лишь двадцать лет назад. Заточки, конечно, были в ходу, но расправ Котлов здесь не видел – причисляющие себя к «масти» скорее имитировали воровскую жизнь, чем жили ей по-настоящему. По-настоящему здесь жил только один человек – начальник колонии, через которого и решались все возникающие вопросы.
Если с больным зубом Игорь разобрался, посетив лагерного стоматолога, который удалил его под просроченным новокаином, то боли в коленях не давали ему спать, нарастая всё больше и больше. Обращения в медпункт вызывало там лишь ухмылку, мол, если бы у вас нога отвалилась, тогда бы мы да, стали бы лечить что-то. А так – колени были на месте, сгибались, пациент ходить мог, а раз так, то «не морочьте нам голову, гражданин осужденный, и покиньте помещение».
Через месяц Игорь уже привык к такому отношению. Он осознал, что так теперь будет всегда, и к этому нужно относиться скорее с пониманием, чем пытаться на это огорчаться, не в силах изменить ситуацию.
Однажды ночью его разбудил Фрол.
— Слышь, Полкан, пойдём, дело есть.
Игорь поднялся, оделся.
— Чего надо-то?
— Вопросы к тебе у общества появились.
Спустя несколько минут Игорь вошёл в ту же самую каптёрку, с какой начиналось его знакомство с зоной и местными обитателями. Все прежние персонажи находились там же.
— Проходи, Полкан, — сказал Копчёный. – Давай с нами чифиря отведай.
Игорю протянули кружку, предупредили:
— Горячий…
Он сел на свободный стул. Все жадно смотрели на него так, что ему даже стало немного не по себе – их интерес явно был не воровского характера.
— Вот ты же бывший полковник, — сказал Копчёный. – В военном деле, наверное, разбираешься, так?
— Бывший, — кивнул Игорь, пытаясь сделать глоток – чифир был ещё слишком горячим.
— Вот скажи, что там главное? Что нужно уметь делать?
— Это, смотря где, — Котлов ещё не понимал, с какой целью ему задают эти вопросы, заранее отблагодарив кружкой душистого чифиря.
— Ну, вот, например, самое боевое подразделение.
— В самом боевом подразделении первое, что должно быть, это умение подчиняться командиру. Беспрекословно. Выполнять то, что тебе будут приказывать. Даже если ты будешь не согласен это выполнять, или даже если ты будешь понимать, что выполняя поставленную задачу, ты погибнешь. Дисциплина – это главное умение солдата. Если нет дисциплины, то ничего другое уже не важно, — объяснил Игорь, интуитивно поняв, чем нужно предварить другие пояснения.
— Вот прямо сказали – и ты пошёл и погиб? – спросил Поц.
— Вот прямо сказали – и ты пошёл убивать врага, — уточнил Игорь. – Понятно, что умирать никто не хочет. Поэтому нужно всегда думать, как выполнить приказ, чтобы и самому не погибнуть, и врага уничтожить. Это уже второе: умение думать на войне. Думать тогда, когда и страшно, и смерть рядом, и может быть, друзья погибли.
— А что третье? – спросил Геныч.
— А третье – это взаимопомощь и взаимовыручка. Успех будет только там, где не каждый рвётся в одиночку, как Рембо, один против всех, а когда работает слаженный коллектив, где каждый друг другу помогает. Коллектив, в котором ты будешь твёрдо знать, что если тебя ранят, то твои соратники окажут тебе помощь, вытащат тебя в безопасное место, спасут тебе жизнь.
— Какие на войне нужны специальности? – спросил Пончик. – Водителей берут в армию?
— Водителей берут, — кивнул Игорь. – Очень даже берут. Водителей всегда не хватает. А ещё нужны стрелки, гранатомётчики, пулемётчики, связисты, сапёры, артиллеристы, танкисты, разведчики, и много ещё кто.
— А как можно доказать, что ты, например, умеешь лабать на пулемёте там, или гранатомёте? – спросил Геныч.
— Кому доказать? – уточнил Игорь.
Повисла тишина, осужденные все как один посмотрели
