– водитель? – Игорь усомнился в способностях своего бойца.
— Да, — ответил Пончик. – Права за полгода до суда получил…
Он сел за руль, завёл двигатель, попробовал тронуться с места, затем прокатился вперёд по улице посёлка, вернулся назад.
— Ну как? – спросил Котлов.
— Супер! – счастью Пончика не было предела. – Я за такую машину жизнь готов отдать. Во сне такую машину водил, мечтал о такой…
На пикап поставили украинские военные номера, а каждому участнику предстоящего заезда выдали воинские документы, ранее изъятые у пленных. Дополнительно Котлов получил бесшумный пистолет, четыре реактивные гранаты и пулемёт. Согласно разработанному замыслу, по всему маршруту их должен был сопровождать разведывательный беспилотник, который теоретически мог предостеречь экипаж от внезапной встречи с противником.
Кроме того, разведчики два дня летали над вражеской территорией, выявляя наиболее оптимальный маршрут, который был внесён в планшет, выданный Котлову. Вечером участников операции одели в украинский камуфляж, и теперь они вообще не отличались от представителей вражеской армии.
Как только Игорь лёг на нары, он мгновенно уснул, и сном младенца проспал до того момента, как его разбудили:
— Полковник, вам пора…
Провожать группу вышел сам командир отряда.
— Удачи, вам, мужики, — Гром пожал руки Генычу и Пончику.
Повернулся к Котлову.
— Давай, Полковник, сделай всё хорошо, — командир отряда обнял Игоря.
— Обязательно, — кивнул Котлов.
В машине была установлена радиостанция, которая должна была обеспечить связь на всю глубину выезда. Гром рекомендовал больше слушать, чем говорить, чтобы враг не смог запеленговать автомобильную станцию, а равно и местонахождение источника излучения.
Рвануть через линию фронта предстояло через поле с неубранным подсолнухом, после которого можно было какое-то время проехать по асфальтовой дороге, до войны бывшей одной из важнейших трасс Донбасса. Далее нужно было свернуть в поле, пересечь его и выйти на сельскую грунтовку, которая и должна была привести к месту встречи возле разбомбленной метеостанции.
Чтобы переход линии фронта остался незамеченным, по плану вывода было предусмотрено нанесение артиллерийского удара по ближайшему опорному пункту, с которого просматривалась необходимая для движения полоса. По опорнику ударили зажигательными «градами», затем добавили дымовыми снарядами, и гарнизону опорного пункта некоторое время было не до наблюдения за окружающей обстановкой. Под это дело «Ленд-Ровер» и прорвался на дорогу.
— Кажется, прошли, — Котлов осматривал окрестности. – Дай то бог…
Пончик уже освоился с управлением, и, надувая от собственной важности щёки, топил педаль в пол.
— Впереди чисто, — доложила рация голосом оператора БПЛА.
— Отлично, — Котлов вслух озвучил свои мысли.
Он смотрел то на местность, то на планшет, с удовлетворением отмечая, как они все ближе и ближе становятся к точке встречи.
Впереди показался грузовой КрАЗ, идущий навстречу. Геныч открыл люк в крыше и взялся за пулемёт.
— Не надо, — Игорь успел ухватить его, прежде чем тот попытался высунуться. – Не надо определяться. Спокойно проедем мимо и всё…
— А если срисуют?
— С чего? – спросил Котлов. – Мы такие же, как и они.
КрАЗ пролетел мимо, как ни в чём не бывало.
— Пронесло… — выдохнул Геныч.
Миновали небольшой хутор, откуда были эвакуированы жители, и квартировало какое-то артиллерийское подразделение. Машины и орудия были тщательно затянуты маскировочными сетями, праздношатающихся людей видно не было.
— Хорошо, что у них такая маскировка, — усмехнулся Игорь. – Нам на пользу.
Как только он это сказал, на выезде из хутора показались три человека, стоящие у дороги. Один из них взмахнул рукой, приказывая остановиться.
— Разговаривать буду я, — предупредил Котлов. – Геныч, держи пулемёт наготове!
— Хорошо, — ответил пулемётчик.
Пончик остановил машину, и из-за нервотрёпки перепутал педали и пикап заглох.
— Документы! – военный подошёл к машине.
— Це заборонено, — Игорь как мог, изобразил на лице пренебрежение и свой загадочно-высокий статус.
Пончик провернул ключ и двигатель завёлся.
Посмотрев на Котлова, а вернее на его выражение лица, вэсэушник потерял к нему интерес и отвернулся, ничего не сказав.
— Поехали, — тихо сказал Игорь.
Машина тронулась с места, Пончик перестарался с перегазовкой при начале движения и двигатель взревел. Переключившись с первой на вторую, он начал разгонять машину. Получилось очень криво, что выдавало в нём неопытного водителя.
