Рабыня для друга

ведёшь себя как размазня? Кстати, ты уже проводил сеанс с ней?
— Влад, — попытался вразумить его Матвей, — не всё так просто. Девочка зашуганная. Мы… пытались, но она суть не пырнула меня в сонную артерию.
— В этом твоя проблема, Матвей. «Мы пытались». Не ты, а мы.
— Влад, ты хочешь результата?
— Хочу, но так ты его не добьешься. Она и так много себе позволила. Отрезала волосы, побила девушку, убежала, что дальше? Запомни, Матвей. Мне нужно не повторение Оли. Её ты не просто трахал, её ты ещё и любил, да-да, я в курсе, не смотри на меня так. Будь добр в эту суку не влюбись, потому что на этот раз я тебе точно яйца отстрелю, — Влад встал. — Бери её и пошли в зону.
— Ей ещё рано, — возразил Матвей, а мне уже было страшно узнать, что это за зона такая.
— Ну а что я должен делать? Сколько ждать, прежде чем ты всунешь свой член и испытаешь на ней игрушки? Ты же нихуя не делал, Матвей, вы даже не трахались.
— Нет, — сама не поняла, как из моего горла вылетел крик.
Оба мужчины повернулись в мою сторону, вопросительно уставившись.
— Я покорна, господин, — подползла на коленях к Владу, низко склонив голову.
Влад взял меня за подбородок и поднял на уровень своих глаз, всматриваясь в меня. Сзади стоял Матвей и вопросительно смотрел на меня.
— Покорна, говоришь? Это правда? Она покоряется? — он дёрнул мой подбородок прежде, чем отпустить.
— Она пытается. Она спокойна, но… кончить ещё не научилась, хотя слегка отзывается. Ты не кипятись, Влад. Волосы нарастим, характер подправим. Дай мне несколько месяцев и ты получишь конфетку.
— Это много.
— Можно и за месяц, но я бы хотел её многому научить, чтобы тебе не пришлось снова отдавать её мне.
— Хорошо. У тебя есть два месяца, но… через месяц я прихожу и она покоряется мне. Будешь доводить её до экстаза, пока она будет у меня сосать. Понятно?
— Да, Влад.
— Чудно. Встретимся через месяц.
Влад направился к двери, а Матвей пошёл за ним. Как только они вышли, в комнату вошёл высокий мужчина и остался стоять у двери. Только сейчас я смогла вздохнуть с облегчением. Сегодня меня никто не тронет.
Я обхватила свои колени руками, пытаясь немного успокоиться. Получалось плохо, зато теперь я осознала, что у меня только один вариант: быть покорной и надеяться, что Матвей мне поможет. Пытаться убегать снова я не хотела, да и какой смысл, если Влад точно меня найдёт, а ждать помощи от работников или помощников Матвея… Своя шкура всегда дороже и вряд ли ею кто-то будет рисковать.
Спустя минут двадцать вошёл… хотя нет… влетел Матвей. Я даже подпрыгнула, когда он с рыком ворвался в кабинет, подошёл к столу и смахнул всё оттуда, а после ударил по нему кулаком и подошёл ко мне.
— Ну? И чего ты добилась, дура? Зачем сбежала?
— Я… я… — слов подобрать так и не удалось, потому что по щекам потели слёзы отчаяния.
— Ну всё, — Матвей притянул меня к себе, обняв за плечи, — перестань. У нас есть месяц, чтобы что-то придумать.
Я заливалась слезами, не зная, что дальше делать.
— Прости, — только и смогла выдавить я. — Я не поверила тебе, думала ты врёшь.
— Я редко вру, Соня.
— Та девушка… Оля… что?
— Тшшш, поговорим об этом чуточку позже, ладно? Я не готов.
— Я не умру? — как-то слишком жалобно прозвучала моя фраза.
— Нет, Соня, ты не умрёшь.
Матвей отстранил меня, взглянув в глаза, а спустя мгновение с рыком прижал к стене и набросился на мой рот в диком поцелуе. Считайте меня извращенкой, но когда это делал ОН, я возбуждалась.
Пять лет назад
Матвей сидел за огромным деревянным столом в кабинете начальника, разбирая бумаги, готовя документы на подпись, а также изучая особенности работы компаний. Ему до сих пор не верилось, что Влад взял его к себе. Кто он такой? По сути, нищий, не имеющий ни денег, ни дома, ни полноценной семьи. Для него, выросшего в нищете и постоянной нехватке денег, казалось странным, что богатый миллионер обратил свое внимание на молодого двадцатипятилетнего паренька.
Невольно Матвей вспомнил свою жизнь в школьные годы. Постоянный стёб со стороны одноклассников за то, что не такой, как они… за бедность. Они ненавидели его, а он их. Класса до десятого ему было сложно давать отпор толпе мальчиков, но после регулярного посещения качалки эта проблема ушла сама по себе. Уже в новом учебном году он стал совсем другим: высоким, накаченным и сильным. Его боялись, но продолжали презирать.
В это время произошло становление Матвея, как личности. Он научился не только махать кулаками, но и отвечать на обиды и издевки не менее остроумными оскорблениями. Он стал грозой всех мальчишек и желанием всех девчонок. Уже в семнадцать перетрахал не