Рабыня для друга

но и не один из смазливых мальчиков, больше похожих на педиков. Господи, да он вообще на двадцать лет старше её. Какая любовь и даже симпатия? Если честно, то он не особо понимал, как она его захотела. Он старше её вдвое, не обладает какими-то выдающимися способностями, да и бабу в последний раз трахал… да он даже не помнил когда.
Сейчас он всё списывал на её состояние. У неё просто не с кем сравнивать. Не было парня, возможности встречаться и влюбиться. По факту её принудили, и она просто отдалась природным инстинктам. Матвей был уверен, что в другой ситуации она бы и не посмотрела в его сторону или бы посмотрела вот так, как сегодня… презрительно и брезгливо, как на таракана.
Мужчина взял в руки телефон, набирая номер.
— Организуй мне бабу, — коротко бросил в трубку и, не дожидаясь ответа, сбросил звонок.
Сейчас Матвей был настолько возбуждён, что ему было пофиг, кого привезет ему Дима — сутенёр, с которым ему приходилось работать уже более пяти лет. Он, конечно, хотел совсем другую девушку, вот только к ней точно нельзя. Соня не поймёт его желания трахаться в любое время и в лучшем случае его пошлёт.
В отголосках сознания колыхнулся червячок сомнения. Вряд ли после того, как он оттрахает проститутку, Соня станет к нему ближе. Она, скорее, вообще перестанет с ним общаться и шансов завоевать её внимание будет меньше. Боже, да какого хера он вообще беспокоится о том, что она подумает. Ему плевать. Он сказал, что её не тронет, вот пусть и радуется. У него будет другая женщина, зачем ему малолетка? Завоевать? Да нахер надо.
В своих раздумьях, Матвей не заметил, как пролетело время. Опомнился уже, когда к нему в кабинет вошла высокая, пышногрудая брюнетка с силиконовыми губами. Матвей поморщился. Такие силиконовые куклы его больше раздражали, чем заставляли ловить кайф. Ладно уж, сойдёт.
Подошёл к девушке, потащил её к столу и уложил на него грудью. Матвей не знал, сколько прошло времени, но пока ждал шлюху, но каменный стояк так и не прошёл. Посмотрел на девушку сзади. Для того чтобы забыть рыжеволосую бестию подойдёт.

Второй час подряд я слушала истошные стоны какой-то девицы. И если вначале они были слышны издалека, то уже сейчас она орала в соседней комнате. Сказать, что меня это бесило — ничего не сказать. И ладно, если бы это меня раздражало только из-за шума, но ведь было ещё что-то. Что-то, в чём я упорно не хотела признаваться сама себе.
Хотя как не хотела? Я просто отгоняла эти мысли, но вот ЭТО орущее недоразумение отчётливо вернуло меня к тому, что мне, кажется, начинал нравиться этот мужчина. Слава богу, что только начинал, и я не успела втрескаться по уши в того, у кого нет ни души, ни сердца. По-другому объяснить тот факт, что ещё утром он дарил наслаждение мне, а уже сейчас трахает другую, я не смогла.
Одёрнула себя. Утром у него были обязанности на мой счёт, а сейчас что? Он узнал то, что ему было нужно, нашёл возможность подставить Влада. Необходимости в дальнейшем обучении нет. Это я, дурочка, размечталась, что нравлюсь ему. Он так красиво говорил: «Моя девочка», «Умница». Боже, какая же я идиотка!
Наговорили красивых слов, сделали приятный жест в виде приезда подруги, спасли от пули и всё… я поплыла. Из раздумий вывел особенно протяжный, уже даже не стон, а вой девушки. Всё! С меня хватит. Резко поднялась на кровати, надела тапочки с собачками, которые вчера привезла Оля. Оглянулась в поисках халата, но вспомнила, что среди вещей, купленных вчера, ничего такого не было, а сейчас на мне надета шёлковая пижама.
Довольно откровенная, но не голой же нужно было спать. Оглянула себя в зеркале. Красная пижама с кружевом на лифе и внизу шортов. Маечка на бретельках, вырез вполне целомудренный. Раньше я, конечно, не осмелилась бы в такой выйти к мужчине, а сейчас… да больно чести, ещё одеваться. А вообще, что он там не видел? Ну, вот пусть и знает, что потерял.
Со злости распахнула дверь и решительным шагом направилась к его двери. Немного помедлила, раздумывая, правильно ли я поступаю, но вспомнила два часа без сна и решительно заколотила кулаком в дверь. Девка сразу замолкла, послышалось шуршание и приближение шагов. Захотелось сбежать, но отступать было поздно.
На пороге показался Матвей в одних спортивных штанах, надетых, видимо, на голое тело, потому что материя брюк довольно сильно топырилась. Осознав, что довольно долго пялюсь, куда не надо, подняла взгляд выше, заметив, что кожа на его животе и груди покрыта бисеринками пота. Взглянула в его глаза, полыхающие злостью, и… отшатнулась.
— Какого хрена ты здесь делаешь? — не слишком дружелюбное приветствие, если учитывать тот факт, что, будь моя воля, я бы и вовсе сбежала подальше.