Есть множество героев. Храбрых, сильных, непобедимых. Безумно везучих и всеми любимых. Героев, которых ждут пророчества и артефакты. Но эта книга не о них. Она о человеке на вид обычном. Он не храбр и не труслив. Он не счастливчик, но и не неудачник. Он просто современный человек, который что-то умеет, кое-что знает, о чем-то догадывается. И в этом, только в этом его преимущество.
Авторы: Аксенов Даниил Павлович
из вас научится сам и научит своих солдат соизмерять ущерб, наносимый ишибам, с охлаждением, которое может быть опасно для самого стрелка.
Вот тутто Верон и проявил неосторожность, спросив о том, как одежда будет выглядеть.
– Молодец, сержант, – похвалил его король. – Очень своевременный вопрос. Эй, там, куда подевался маэстро Заунт?! Он только что был здесь!
Двери распахнулись, и вошел один из ишибов охраны.
– Твое величество, Заунт отправился кудато в сопровождении принцессы Анелии.
– Ну так приведите его.
Ишиб поклонился и вышел. Даже упоминание имени принцессы положительно подействовало на солдат. О ней ходили разнообразные слухи, но самые стойкие из них касались того, что Анелия – будущая королева Ранига. Простые воины не возражали против этого. Они были в восторге от внешности принцессы и пребывали в убеждении, что такая красавица не может быть плохой королевой.
Знаменитый портной Заунт ворвался в комнату минут через пять в сопровождении трех слуг, которые тащили на себе нечто, что гости короля приняли сначала за мех. Однако маэстро быстро доказал, что догадка неверна, начав развешивать этот мех на спинки стульев и дивана в приемном кабинете. Мех на глазах изумленных солдат превращался в грубое подобие одежды.
Ни один из жителей королевства Раниг не видел настоящих зим. Климат был мягок, а перепады температуры незначительны. Поэтому никто из солдат даже не предполагал, что одежда такого вида может существовать.
– Что же ты стоишь? – обратился король к оцепеневшему Верону. – Примеряй!
Так дальний родственник Инкит стал первым в Раниге обладателем шапки, вызывающей смех детей и зависть шутов. С легкой руки какогото остряка единственное неишибное подразделение Ранига, которое могло нанести ишибам врага существенный урон, возможно, даже ценой собственной жизни, превратилось в «мишек» – изза нелепого вида меховых шуб и шапок.
И сейчас сержант«мишка» Верон стоял в одном ряду с такими же «мишками», сжимая в руках только что выданное ружье. Конечно, свое первое ружье он получил не сегодня, но дело было в том, что их приходилось часто менять. Дерево не выдерживало перепадов температур, и амулет быстро выходил из строя. Несколько дней использования – и все, нужно идти за следующим. Однажды Верон был свидетелем того, как какойто солдат спросил у лейтенанта, почему бы не делать ружья из железа.
– Не будь простаком, – рассмеялся командир роты. – Ружье ведь – не амулет Террота, им любой может воспользоваться. Если сделать из железа, то оно и служить будет дольше. А так, даже если враг сумеет захватить наше оружие, – попользуется им несколько раз, и все. Оно придет в негодность. Изготавливатьто их никто, кроме наших ишибов, не умеет.
Но служба в новом подразделении имела не только отрицательные стороны. Каждому из стрелков был положен личный денщик – человек из обоза. Он занимался приведением в порядок одежды, а также отвечал за лошадь. Лошадь тоже находилась в распоряжении стрелка. С оружием в руках они не могли передвигаться достаточно быстро на своих двоих, поэтому генерал Комен предложил посадить их на лошадей, если требуется, к примеру, нанести внезапный удар и быстро отойти. Король одобрил это: получался аналог драгун его мира – пехоты, посаженной на лошадей. Вообще же у его величества были обширные планы по поводу нового подразделения, о которых еще никто не знал. Он хотел посмотреть, как рота будет действовать в настоящем бою. А потом, возможно, либо расширить ее, либо както реорганизовать. Он допускал, что ввиду уникальности этого рода войск придется сделать их элитными и присвоить сержантские и офицерские звания каждому солдату, в них состоящему. Как, например, в его мире практически каждый военный летчик являлся офицером. Также король допускал и то, что в роте будет чрезвычайно высокая смертность, потому что ишибы противника, когда разберутся в том, что она собой представляет, попытаются «выбить» ее в первую очередь. Разумеется, этими подозрениями он с составом роты не делился.
Взвод Верона уже построился, поэтому сержант просто стоял и наблюдал за происходящим. Особенно ему нравилось ловить взгляды проходящих мимо ишибов. Никогда раньше ишибы так не смотрели на него. В их взглядах было уважение и, пожалуй, опаска. Верон прежде не мог даже представить, что когданибудь будет внушать трепет могучим ишибам.
Зато снующим офицерам до особой роты не было никакого дела. На их лицах читалась озабоченность. Сержант знал, что командование приняло решение двигаться навстречу объединенным войскам Томола и Кманта. Но Верона это не беспокоило. Он верил в мудрость своего короля и привык побеждать вместе с ним.
Внезапно темносиний, почти
