Есть множество героев. Храбрых, сильных, непобедимых. Безумно везучих и всеми любимых. Героев, которых ждут пророчества и артефакты. Но эта книга не о них. Она о человеке на вид обычном. Он не храбр и не труслив. Он не счастливчик, но и не неудачник. Он просто современный человек, который что-то умеет, кое-что знает, о чем-то догадывается. И в этом, только в этом его преимущество.
Авторы: Аксенов Даниил Павлович
напишем о порядке наследования и так далее. Скажи, твое величество, а что ты собираешься делать с этим Рестентом, который сбежал?
– Пошлю приказ о том, чтобы его осудили, – пожал плечами эльф. – Думаю, что он вернулся домой. Куда ему еще идти?
– А кто правит в отсутствие твоего величества?
– Совет. Трое самых старых эльфов. Такова традиция, когда король отбывает кудато. Один из них полностью выжил из ума, а два других еще ничего. Держатся.
– Они выполнят приказ?
– Да, – ответил Меррет. – Но теперь, после произошедшего, ни в чем не могу быть полностью уверенным.
– Нужно, чтобы выполнили, нужно, – уверенно сказал Михаил. – Такое нельзя оставлять безнаказанным. Плохой пример для остальных.
У него было тяжело на сердце. Союзные войска оказались не совсем хорошего качества. Но приходилось работать с теми, кто есть.
– Если не выполнят, то придется прибегнуть к крайним мерам, – продолжал король Ранига. – Привлечь к ответственности и Рестента, и всех, кто не выполнит приказ.
– Всех? – переспросил Меррет.
– Всех. Даже если речь идет о десятках. В зависимости от степени вины. Под угрозой власть твоего величества, а значит, и наша общая власть. Все начинается с малого. В момент создания нового государства мы просто не можем позволить себе проявить слабость. Плохой пример для остальных, очень плохой. Демонстративно плохой.
Повернувшись к Комену, Михаил продолжил:
– Генерал, разложи карту окрестностей Парма. Мне нужно знать, куда пошли имис и где могли остановиться.
Речь главы Академии великого ишиба Парета перед висящим в воздухе вверх тормашками нерадивым хулиганистым учеником, застигнутым на месте преступления
Въезд Михаила в Парм был очень торжествен. Он заранее позаботился о создании ликующей толпы, но быстро выяснилось, что труды напрасны. Толпа появилось бы и без усилий.
Бедные жители Ранига отвыкли от побед. Бесцветное правление Миэльса нельзя было назвать богатым на большие сражения, а тем более победы в них. Новости о разгроме объединенных сил Томола и Кманта произвели на всех неизгладимое впечатление.
Толпы горожан заполнили улицы на всем протяжении от западных ворот до дворца. Всем хотелось увидеть победоносную армию Ранига.
Впрочем, первое, что бросилось в глаза короля, – разрушения за воротами Парма. Они остались со времени схватки с имис. Канцлер распорядился заделать дыры в дороге и домах, а также соскрести сажу, но прошло меньше пары дней – рабочие не успели все привести в порядок.
«Что они сделали с моим городом? – подумал Михаил, взирая на следы сражения. – Пожалуй, нужно вообще запретить ишибам демонстрировать свою мощь в пределах городских стен. Или выделить специальное поле. Лучше – рядом с Академией».
Но это были прожекты. Территория будущей Академии еще не окончательно утверждена. К тому же подумать сейчас о ней мешали громкие крики и мелькание какихто праздничных разноцветных лент перед глазами.
Король Ранига остался верен себе. Ликование толпы не имело лично для него никакого значения. Зато его спутники наслаждались этим. Ради них, а также своих союзниковэльфов, можно было не только потерпеть, а даже организовать подобное мероприятие.
Он ехал на белой лошади, а рядом с ним на черной гарцевала принцесса. Остальные члены штаба держались немного позади, и было совершенно понятно, кому адресованы приветственные крики: королю и будущей королеве. Возможно, думал Михаил, даже королеве в большей степени. Анелия была настолько красива, что люди, которые не знали ее, предполагали, что за внешней красотой скрывается и внутренняя. Что принцесса добра, великодушна и мягкосердечна. Такая окажется хорошей королевой, будет заботиться о народе, станет полезной даже самому ничтожному из своих подданных. Размечтались. Правитель Ранига склонялся к мысли, что, пожалуй, кроме него и Ксарра, до простого народа в мире Горр нет никому дела.
Однако король старался хорошо сыграть свою роль. Он приветливо улыбался, махал комуто рукой, но его улыбка приобрела искренность лишь на подходах ко дворцу. Там толпа состояла большей частью из солдат и офицеров, оставшихся в столице или взявших увольнение и прибывших из соседних населенных пунктов.
