Есть множество героев. Храбрых, сильных, непобедимых. Безумно везучих и всеми любимых. Героев, которых ждут пророчества и артефакты. Но эта книга не о них. Она о человеке на вид обычном. Он не храбр и не труслив. Он не счастливчик, но и не неудачник. Он просто современный человек, который что-то умеет, кое-что знает, о чем-то догадывается. И в этом, только в этом его преимущество.
Авторы: Аксенов Даниил Павлович
К удивлению бывшего советника, его повезли к городским воротам. Но удивление быстро прошло, потому что он понял, куда именно они направляются: ко дворцу принцессы.
Толеру никто не сообщал, выжил ли Нерман, но тагга предполагал, что да. Они немного не додавили. К сожалению, помешали разъяренные имис.
Доехали очень быстро. Карета остановилась у парадного входа, Раун вышел и остолбенел. Пейзаж изменился разительно. Теперь не наблюдалось ни слуг в ливреях принцессы, ни имис, ни многочисленных бездельниковдворян. Вокруг дворца несли стражу ранигские солдаты и ишибы. Рядом с парадным входом стояла обычная телега, запряженная двумя лошадьми. Обшарпанная крестьянская повозка – казалось, в ней нет ничего привлекающего внимания, – но Толер испугался не на шутку. Не потому, что телега смотрелась странно у роскошного дворца, а потому, что в ней возили трупы. Совсем недавно. Уж это ишиб мог определить. И более того: рядом с лошадьми находился какойто тип. Очень неприятно выглядевший. Сначала Раун его не признал, но потом память ишиба дала ответ. Это был Кретент. Ужас знатных ранигских семейств. Убийца. И вид у него был как у убийцы, несмотря на дешевый, небрежно надетый костюм.
Кретент смерил тагга взглядом, от которого тот поежился. Равнодушным и одновременно многообещающим. Бывший советник даже ускорил шаг, стремясь войти во дворец как можно быстрее и избавиться от неприятного соседства.
Охранники передали Толера ишибам, одетым в синие халаты, и удалились. Раун признал в одном из новых стражей эльфа. Тагга повели по коридорам в самый дальний конец дворца. У бывшего советника мелькнула мысль, что, похоже, время его жизни исчисляется уже минутами. В крайнем случае – часами. Ишибов во дворце было мало, поэтому вряд ли ему могли позволить жить долго.
Конвой остановился у одной из дверей и чуть ли не впихнул туда Рауна. Тот, рассердившись, хотел было сделать замечание по поводу столь грубого обращения с урожденным тагга, сыном далла, но слова застыли в его горле. В комнате, куда он попал, находился король.
– Приветствую, твое величество. – Толер постарался скрыть растерянность и поклониться как можно более изящно. Перед его мысленным взором предстала простая схема: разговор с королем, встреча с Кретентом и место в телеге.
– Присаживайся, тагга. – Нерман сухо кивнул на стул, стоящий посередине комнаты.
Это был единственный свободный стул. Остальные были заняты его величеством, помощником посла Иаштом и королевским секретарем.
– Благодарю, твое величество. – Раун сел, полный тоскливых предчувствий. Он почемуто вспомнил, как много времени назад в радостные дни власти и полноценных интриг Толер вот так же встретил крестьянина, пришедшего с прошением к Миэльсу. Эх, если бы он только знал… Какая злая ирония. Впрочем, что об этом думать? Будущее невозможно предвидеть.
– Что же ты, тагга, не признал моей власти после смерти Миэльса? – спросил король. – Сам на трон целился?
Если отвечать правдиво на последний вопрос, то у Толера были такие планы. Но признаваться в них он не хотел, питаемый слабой надеждой на то, что ему повезет и дело закончится болееменее благополучно. Очень призрачной надеждой. Королям можно говорить многое, но есть вещи, о которых следует молчать до последнего.
– Твое величество, волею судьбы мы находились в противоположных лагерях. Даже когда Миэльс умер, как же я мог? Конечно, о великодушии твоего величества ходили упорные слухи, но ситуация не позволяла сдаться. А на трон – нет, не целился. Кроме меня и так появилось много кандидатов. Полагаю, что твоему величеству они все известны.
– Известны. Конечно, известны. Тагга, а кто планировал покушение на меня?
– Могу ли я уточнить, какое именно, твое величество? – вежливо поинтересовался Раун.
– Последнее, – с легкой улыбкой ответил Нерман.
– Я, твое величество. – Толер много раз видел, как короли улыбаются. Наиболее частой причиной положительных эмоций владык было самодовольство. В крайнем случае – победа над врагами. Сейчас же тагга наблюдал слегка необычное зрелище – король улыбался потому, что признал уточняющий вопрос Толера забавным. Несмотря даже на то, что он касался жизни его величества.
– Это было не очень хорошо, – ответил Нерман.
– Полностью согласен, твое величество. Я теперь признаю, что покушаться на жизнь королей – весьма нехорошее и опрометчивое занятие.
– Тагга, я имел в виду, что спланировано было не очень. Нет, подготовка, конечно, выше всяких похвал, но сама реализация подкачала.
– Полагаю, что твое величество не предоставит мне возможности исправиться.
Улыбка короля стала шире. Михаил понимал, что Раун – мерзавец, но
