Есть множество героев. Храбрых, сильных, непобедимых. Безумно везучих и всеми любимых. Героев, которых ждут пророчества и артефакты. Но эта книга не о них. Она о человеке на вид обычном. Он не храбр и не труслив. Он не счастливчик, но и не неудачник. Он просто современный человек, который что-то умеет, кое-что знает, о чем-то догадывается. И в этом, только в этом его преимущество.
Авторы: Аксенов Даниил Павлович
мимо доисторических построек, они подошли к конечной точке маршрута – хибаре старика. Михаил мог бы назвать это домом, но слово «хибара» более точно описывало строение. Хотя стены дома были набраны из уложенных друг на друга бревен, маленькая дверь все же была изготовлена из досок, что наводило на мысли о не полной безнадежности жилища. Если бы не убогость, можно было предположить, что это – игрушечный дом на детской площадке. Впрочем, темные проемы между старых бревен скорее напоминали бойницы хорошо укрепленного дота, а не окна в домике для игр.
Старик распахнул дверь и полез внутрь. Через какоето время, вполне достаточное, чтобы хозяин понял, что гость не следует за ним, он чтото крикнул Михаилу. Тот расценил это как приглашение и попытался войти в дверь. Для этого ему пришлось очень сильно согнуться в пояснице. Войдя, молодой человек получил возможность ознакомиться с местным бытом не только снаружи, но и внутри.
Обстановка в доме старика состояла из трех предметов: глиняной печки, маленького топчана и грубо сделанного деревянного стола. Больше там ничего не было, на первый взгляд. Присмотревшись, гость смог заметить пару пеньков, которые, видимо, служили стульями, а также полочки, шедшие вдоль стен. На этих полочках лежала сушеная трава. Видимо, именно ее присутствием объяснялся ничем не передаваемый запах внутри жилища. Михаилу казалось, что он находится в доме средневекового травника. По крайней мере, так он этот дом себе представлял. Вдыхать смешанный запах разнообразных трав было не очень приятно.
Между тем старичок уселся на один из пеньков. И, нимало не озаботясь, что гость остался стоять, пригнувшись изза низкого потолка, начал чтото втолковывать Михаилу. Он довольно бойко показывал то на халат, то на рот. В чем связь между ртом и халатом, молодой человек не мог понять. Когда же хозяин хибары убедился, что подаваемые им знаки никак не распознаются, то изменил их. Теперь он показывал на свои рот и уши. И снова на халат гостя. Видимо, халат имел ключевое значение для понимания смысла того, что хотел сказать старик.
Проанализировав мимику и жесты хозяина дома, Михаил сделал два вывода. Вопервых, старичку нравится его халат. И, возможно, он хотел бы его получить. Вовторых, халат имеет какоето отношение к речи. Второй вывод совершенно сбивал с толку.
Молодой человек ничего не имел против первого вывода. Он запросто отдал бы халат. Ведь странный хозяин хижины спас ему жизнь в полном смысле этого слова, когда отбил от своих кровожадных сородичей.
Но он не был до конца уверен в том, что старик хочет именно этого. Поэтому, решив все проверить на практике, он медленно снял халат и протянул его своему спасителю. Широкая улыбка на лице старика подтвердила, что гость оказался прав. Деду нужен был именно халат.
Как только данный предмет одежды оказался в руках хозяина хибары, улыбка мгновенно исчезла. Он с самым серьезным выражением лица взял его, внимательно осмотрел со всех сторон, примерил на себя, а затем снял и убрал в какойто сундук, вкопанный в землю у стены. Вкопанный так удачно, что Михаил его поначалу даже не заметил.
Покончив с халатом, старичок показал рукой на топчан. Этот жест поставил молодого человека в тупик. «Чего он хочет? – подумал он. – Чтобы я передвинул кудато первобытную кровать? Сам не может ее поднять?»
Хозяин заметил недоумение на его лице. Он подошел к топчану и улегся на него спиной, всем своим видом показывая, что вот так надо делать. Что это – именно то действие, которое является единственно правильным в данной ситуации. Гость так не считал, но старик проявил настойчивость. Резко вскочив со своей лежанки, он еще и еще раз показал на нее рукой, чтото при этом говоря. Казалось, он был недоволен то ли непонятливостью, то ли медлительностью своего гостя.
Что было делать? Выполнять причуды старичка или, возможно, снова оказаться на улице, в окружении враждебно настроенной толпы с топорами и косами? Конечно, он выбрал первое.
Молодой человек сначала осторожно приблизился к топчану. Впрочем, «приблизился» – слишком сильное слово для этого действия. Правильнее было бы сказать, что он сделал шажок. Или даже полшажка. И сразу же оказался около лежанки.
Затем он сел, проверяя, не провалится ли топчан под его весом. Этого не произошло. Видимо, топчан был сделан из цельного куска дерева. И Михаил решительно лег на спину. Его ноги при этом свешивались на пол.
Старик вздохнул с явным облегчением. Как вздыхает учитель, которому наконец удалось донести смысл урока до самого неспособного ученика.
Он приблизился к лежавшему на топчане гостю и больно схватил его за плечо, потом начал трясти и чтото сердито выговаривать. Какимто шестым чувством Михаил уловил
