Есть множество героев. Храбрых, сильных, непобедимых. Безумно везучих и всеми любимых. Героев, которых ждут пророчества и артефакты. Но эта книга не о них. Она о человеке на вид обычном. Он не храбр и не труслив. Он не счастливчик, но и не неудачник. Он просто современный человек, который что-то умеет, кое-что знает, о чем-то догадывается. И в этом, только в этом его преимущество.
Авторы: Аксенов Даниил Павлович
уже Олеан и его союзник переглянулись.
– Но я никого не убивал, – сказал Релест, удивленно приподняв брови. – Зачем мне признаваться?
Король вздохнул. Все начиналось сначала.
– Я все равно докопаюсь до истины. Опрошу слуг, свидетелей… Кусок хлеба неспроста упал в мой кубок. Ему помогли упасть. И узнаю, что случилось, когда кубки меняли.
Михаил не собирался оставлять убийства, в котором обвиняли его, без виновных. Он был сильно рассержен и хотел не только очистить свое имя от подозрений, но и поквитаться с теми, кто воспользовался случаем и подставил его.
– Твое величество, в замене кубков виноват я, – прямо произнес Релест. Его лицо вмиг стало недовольным, словно он признавался в неприятных вещах. – Ведь нужно было както остановить нежелательный разговор твоего величества с императрицей! У меня есть еще и не такие трюки в запасе. Но яда никуда не подкладывал! И если… никто из сидящих за столом не причастен к этому, то даже не знаю, что и думать… Но я не виновен.
Король задумчиво посмотрел на советника и не мог поверить в сказанное. Убийство ведь было, значит, убийца тоже должен быть. А кто это, если не Релест?
– Я вынужден задержать всех причастных к этому делу, – сказал Михаил, обращаясь к Олеану. – Твои люди, которые находились в тот момент в городе, будут задержаны. Их отпущу потом. После допросов.
Уже когда король входил в город, не оказавший никакого сопротивления, он думал не о том, что наконецто можно повидать старых знакомых, устроивших его травлю, а о том, что произошло в утро, когда Аретт умерла. Может ли быть, что императрица скончалась сама, без помощи извне? Михаил видел множество смертей от болезней, много читал о них и мог с ходу назвать несколько недугов, от которых умирают вот так, внезапно. Но проблема была лишь в ти. Все эти недуги были достаточно узнаваемы, и ишибы, находившиеся в зале, легко распознали бы любое известное заболевание. Ситуация с Мукантом почти повторялась. Но были два отличия: Аретт умерла почти мгновенно, а Илания вряд ли могла внедрить своих людей в уларатский двор.
Однако судьба распорядилась так, что заботы насчет обеления собственного имени вскоре оставили Михаила. Над только что взятым городом начали сгущаться тучи. В прямом и переносном смыслах.
Жизнь Михаила в новом мире часто делилась на вехи. Коронация, победа в войне с Томолом и Кмантом, налаживание дружеских отношений с императором Фегрида – это вехи важные, значительные, но они – ничто по сравнению с тем, что случилось в тот день, когда войска союзников вошли в уларатский город.
Сначала ничто не предвещало проблем. Защитники сдались, наиболее ценных военачальников король распорядился поместить в один из дворцов, а Олеану запретил покидать город до окончания разбирательств. Вскоре были назначены следователи, дознаватели, писцы, к ним в качестве свидетелей приставили нескольких местных дворян – Михаил на полном серьезе решил допросить всех, кого только возможно.
Переполненные улицы городка бурлили, хоть и не закипали. Мелькали разноцветные халаты ишибов обеих армий, вызывающе переливались на солнце синие плащи королевских гвардейцев, но никто не мог выйти за пределы стен: их заняла фегридская армия.
Михаил инспектировал город, Шенкер торжественно и почтительно разоружал уларатских имис, Аррал подыскивал себе лучшие апартаменты в императорском дворце (оставив королю комнаты похуже). До поры до времени все выглядело обычным.
Однако вскоре над городом появилось чернокрасное облако. Оно возникло внезапно прямо над шпилем главной башни беложелтого дома градоначальника. Сначала облако было небольшим, но потом начало расширяться, да так быстро, что даже отвлекло местных жителей от пересудов по поводу смены власти.
– Будет дождь? – с недоверием спрашивал торговец овощами на рыночной площади, взирая на небо, которое еще недавно было безоблачносиним. Торговцу было в общемто все равно, кто правит в городе, лишь бы не грабили. Он даже жалел, что осада не продлилась денекдругой – тогда цены на еду резко скакнули бы. Узнав, что атакующие и защитники договорились полюбовно, торговец даже не стал прятать товар, веря, что соседифегридцы не станут бесчинствовать, а вот есть, возможно, захотят.
– Гроза, – предполагал его соседконкурент, озадаченно хмурясь. –
