Есть множество героев. Храбрых, сильных, непобедимых. Безумно везучих и всеми любимых. Героев, которых ждут пророчества и артефакты. Но эта книга не о них. Она о человеке на вид обычном. Он не храбр и не труслив. Он не счастливчик, но и не неудачник. Он просто современный человек, который что-то умеет, кое-что знает, о чем-то догадывается. И в этом, только в этом его преимущество.
Авторы: Аксенов Даниил Павлович
выгодно. В результате этого он мог потерять хорошую должность, мог оказаться сосланным вместе со всей своей семьей, мог наконец лишиться жизни. Потому что даже советник по официальным встречам его величества, человек, приближенный к высшей власти, не мог предсказать, к чему бы привела смерть сорокапятилетнего Миэльса в сложившейся обстановке, когда идет неудачная война, управление и финансы расстроены, а король не имеет прямых наследников.
Поэтому Толер предпринял все усилия, чтобы установить личность ишиба Аррала. И это ему удалось, потому что многие ишибы королевства были занесены в специальный реестр. Короли издавна чувствовали угрозу своей власти со стороны людей, умеющих работать с ти, и старались держать ситуацию под контролем. Толер, впрочем, узнал, что Аррал был самым безобидным из всех безобидных ишибов по причине слабости своего дара. Подобные ишибы обычно оседали в небольших населенных пунктах, чаще всего – на границе. Поэтому история, рассказанная Михаилом, в сочетании с официальными сводками не вызывала никаких подозрений.
– Сейчас ты пойдешь к королю, – сказал Толер, едва только Михаил появился на пороге, – и должен соблюдать инструкции. Вопервых, называй короля «твое величество», вовторых, не говори первым, втретьих, не задавай вопросы, пока тебе не будет позволено, вчетвертых, отвечай на вопросы коротко и ясно, если они последуют. Войдя к королю, низко поклонишься и останешься стоять, если тебе не прикажут сесть. Но такого не случится, будь уверен. Покидая короля, пяться задом. Есть вопросы?
– Ннет, – неуверенно ответил Михаил.
Обращение к королю на «ты» нисколько не удивило его. Таков был местный язык. В нем множественного лица в употреблении местоимений при обращении к единственному человеку, кем бы он ни был, не существовало.
– Если чтото сделаешь не так, я прикажу тебя казнить, – заметил Толер. – Честь попасть на прием к королю очень редко выпадает крестьянам.
– Я понял, господин советник, – сказал молодой человек.
Михаил впервые в своей жизни собирался предстать перед настоящим королем. Он слегка волновался, но совершение глупостей не входило в его планы.
– Это даже хорошо, что ты не сменил одежду, – произнес Толер, оглядывая холщовые рубаху и штаны. – Так гораздо лучше. Некое единение власти и народа.
По тонким губам махрового бюрократа скользнула легкая улыбка.
– Пойдем же, подождешь в королевской приемной.
Советник собирался выжать из этой ситуации максимум, что заключалось в предъявлении вещественного доказательства его преданности долгу как можно большему числу людей.
Он повел «крестьянина» по хитросплетениям коридоров дворца. Молодой человек отметил некоторую однотонность в убранстве. То ли оформитель, то ли еще ктонибудь рангом повыше очень любил фиолетовый цвет. Михаилу этот цвет никогда не нравился.
На пути им встретились несколько караулов, которые стояли или для значительности, или для красоты, учитывая тяжесть и очевидное неудобство их доспехов и вооружения.
Достигнув приемной, советник остановился. Там уже находились несколько человек. Михаилу показалось, что часть из них относилась к вечным и безнадежным обивателям королевских порогов. Слишком уж печальны были их глаза.
– Господа! – громко сказал советник, показывая на спутника. – В связи с тем, что его величество будет принимать делегацию от оккупированных дикарями провинций, сегодняшний прием отменяется.
На Михаила устремилось множество злобных взглядов. Впрочем, те люди, которых он сразу же отнес к безнадежным, смотрели на него довольно равнодушно. Но столь же печально.
– Я оставлю вас, господа, – и с улыбкой человека, только что выполнившего свой долг, Толер удалился.
Злобные взгляды немедленно трансформировались в злобные комментарии.
– Мужик! – сказал человек в зеленом камзоле, расшитом серебром. – Мы не попадем на прием изза какогото мужика!
– Мало того что от них на улицах не протолкнуться, все время бросаются под копыта, так теперь они и в королевской приемной! – злобно прошипела красивая молодая девица.
– Совершенно справедливо, тапа, – поддержал ее человек в зеленом камзоле, – нужно их всех изгнать из столицы!
Мужчина, одетый преимущественно в черный цвет, хмыкнул:
– А кто будет убирать за тобой, уважаемый уру?
«Зеленый камзол» побледнел, но насмешливый тон проигнорировал.
– Можно же пускать их по ночам! Пусть по ночам убирают, а днем убираются с глаз долой! – запальчиво воскликнул он.
– «Убирают»… «убираются», – задумчиво процитировал его мужчина в черном. – Да ты поэт, уважаемый. Не пробовал себя на этом поприще? Вот прямо сейчас
