Есть множество героев. Храбрых, сильных, непобедимых. Безумно везучих и всеми любимых. Героев, которых ждут пророчества и артефакты. Но эта книга не о них. Она о человеке на вид обычном. Он не храбр и не труслив. Он не счастливчик, но и не неудачник. Он просто современный человек, который что-то умеет, кое-что знает, о чем-то догадывается. И в этом, только в этом его преимущество.
Авторы: Аксенов Даниил Павлович
свитка. Акенер купил его три месяца назад. Человек, не видящий ти, эту дату заметить бы не мог.
Михаил отложил девятый свиток в сторону.
– Сколько за эти?
– Шестьдесят золотых.
Сумма была несуразной, впрочем, покупатель уже составил мнение о продавце.
– Десять. Учитывая то, что ты пытался меня обмануть.
– Обмануть?! Когда же?!
– Когда сказал, что купил свиток об управлении огнем вчера. Ему уже несколько месяцев. То, что я не ишиб, не означает, что я не могу видеть ти .
Акенер даже не сделал вид, что ему стыдно.
– Десять?! Это слишком мало! Я готов немного сбросить, но не столько!
Маэт и Торк пришли в разгар спора. Торговец был очень упрям, но молодой человек пошел на принцип. Даже на один золотой можно было купить очень многое. Торгуясь, Михаил не забывал о том, что фактически зарабатывает деньги, сбрасывая цену и сокращая возможные расходы.
Торговля завершилась на двадцати двух золотых. Акенер причитал, что скоро пойдет по миру. Это выглядело столь натурально, что принц восхитился глубиной актерского таланта ишиба. В связи с этим ему стало очень интересно – а есть ли в Раниге театры?
Когда приятели вернулись в дом Ференов, до ужина оставался примерно час.
– Сегодня утром, перед тем как отправиться спать, я подготовил коечто для вас, – Михаил протянул каждому по золотой монете. – Пусть каждый из вас положит монету в карман и постарается приучить себя к тому, чтобы не расставаться с ней никогда. Это – амулет. С ним вы станете сильнее, быстрее и будете обладать защитой от физических воздействий. Подзарядки у ишиба он не требует.
– Так это и есть легендарный амулет Террота?! – с восторгом воскликнул Маэт.
– Тише. Не кричи так. Да, это – лучший амулет для воинов. На сегодняшний день.
Все время, оставшееся до ужина, Ференмладший и Торк провели на заднем дворе, привыкая к новым способностям. Если бы не строгость Ронела, к приему гостей они бы точно опоздали.
Ференстарший пригласил шестнадцать приятелей. Часть из них прибыла с женами, часть – с сыновьями. В общей сложности на званый ужин пришли около сорока человек. Комен явился одним из последних в совершенном одиночестве.
Михаил стоял рядом с Ференом, когда тот встречал гостей. Ронел представлял молодого человека как «благородного уру Ксанта и сына его старого знакомого, с которым они неоднократно сражались против врагов». Старик нисколько не лгал, то есть был уверен, что не лжет. Ведь он действительно знал короля Ортера, отца Нермана. И неоднократно сражался в составе его войска. А то, что он называл принца другим именем, – это не ложь, а необходимая маскировка.
Многие гости тоже принимали участие в тех же сражениях. Поэтому они недоумевали, пытаясь припомнить загадочного отца Ксанта. Богатство одежд молодого друга Ронела произвело на них немалое впечатление.
Когда к ним подошел Комен, то на его лице играла привычная ироническая улыбка.
– Когда я увидел тебя в первый раз, – тихо сказал он Михаилу, – ты был крестьянином. Когда увидел во второй раз – ты был просто дворянином. Сейчас же тебя представляют как уру. Кем же ты станешь при следующей нашей встрече?
– Принцем, – рассмеялся тот.
Комен оценил шутку.
Званый ужин удался. Гости активно общались с Михаилом. Многие из них пытались узнать хоть чтото о его отце. Но молодой человек на все вопросы отвечал лишь, что отец умер, когда он был совсем маленьким, поэтому ничего не помнит о нем.
Михаил был безукоризненно вежлив, шутил, запросто общался с молодежью и произвел на всех очень приятное впечатление.
Когда гости покидали дом, Михаил также стоял рядом с хозяином. Прощание было так же значимо, как и встреча. В протоколе дворянских приемов, сложившемся в мире Горр, как и в любом другом мире, каждое действие, даже мелкая деталь, может нести определенную смысловую нагрузку. Если совершенно посторонний человек стоит рядом с хозяином дома, не только встречая, но и провожая гостей, то это должно было иметь какоето объяснение. Но пока что никто объяснения не знал. Гости уходили, мучимые любопытством.
Комен пришел последним, последним же и собирался уйти.
– Ты не проводишь меня немного? – спросил он у Михаила.
Тот согласился. Они вышли на улицу.
– Старик Ферен – очень достойный человек, – сказал Комен. – Настолько же достойный, насколько вредный и упрямый. Я с трудом представляю себе ситуацию, в которой он комуто оказывал бы такие почести, как тебе.
Собеседник слегка улыбнулся.
– Если же ты спросишь меня, на что похож этот прием, – продолжал Комен, непрерывно приглаживая свои длинные усы, которые ворошил ветер, – то я тебе отвечу: на сборище заговорщиков, хотя никаких
