Спортсменка

говорить, а потому у меня было немного времени, чтобы подумать, прежде, нежели произнести слова вслух. Я, как бы, набирал текст в буфер вывода, обрабатывал его там и выдавал пользователям уже отредактированную мной версию. Следствием такой предварительной обработки текста стали не только различные голоса героев. Помимо этого, я иногда вставлял отсутствующие в книге слова или возгласы, добавлял незначительные, но сочные штрихи. Собственно, я так в прошлой жизни уже делал, когда читал книжки маленькой Ниночке, а здесь лишь развил это умение.
Вот простой пример. Всем известная сказка про сестрицу Алёнушку и братца Иванушку. Не та, что с козликом, а та, где баба Яга украла братца. Когда я читал фрагмент с преследованием бабой Ягой убежавших ребят, мои слушатели стонали и рыдали от смеха. А я там всего-то добавил несколько штрихов, которых не было в оригинале.
К примеру, Иванушка на бегу споткнулся об собственную рогатку, которая вывалилась из его кармана, не зашитого с вечера ленивой Алёнушкой. И Иванушка рухнул носом прямо в наполненный водой отпечаток козьего копытца и чуть было не превратился в козла. А когда ребята залезли прятаться внутрь доброй печки, Алёнушка больно треснулась там об кирпич головой, испачкала в саже свои трусы, а потом тихо ругала нехорошими словами бабу Ягу, которая в это время летала на метле вокруг печки.
Впрочем, менял я оригинальный текст книги далеко не всегда. Как правило, моей цензуре подвергались народные сказки. Авторские произведения я дополнял своими вставками только в том случае, если они изначально самим автором писались как несерьёзные, юмористические. Так, рассказы Носова и Драгунского я корректировал очень часто. Но вот “Сказку о Военной тайне” я прочёл почти строго по тексту. Слегка подправил только эпизоды с участием Плохиша (который в моей интерпретации тоже не выговаривал букву “Р”) и буржуинов. Почти никто из ребят ранее этой сказки не слышал и, надо сказать, она на них произвела сильное впечатление. К концу сказки многие девчонки уже откровенно ревели, да и некоторые мальчишки начали как-то подозрительно внимательно рассматривать потолок в нашем классе. И даже сидящая на задней парте Тамарочка тихонько вытащила из кармана платок.
Да, Тамарочка теперь проверяла тетради, сидя на задней парте. Из-за учительского стола я её выжил. Мне ведь было неудобно читать спиной к классу. Впрочем, часто я вставал со стула и читал стоя, а иногда даже и ходил по классу во время чтения, если мне так хотелось…

Глава 18.
Степан Петрович, ну что же Вы так, а? Я стирала, гладила, а Вы не успели выйти, как сразу упали. Ну что же Вы, не могли хотя бы мимо лужи упасть? Посмотрите, на что теперь у Вас штанишки похожи! И маечка тоже. Ай-ай-ай! Ну не реви, не реви ты, горе моё. Не реви. Ну, давай я тебя пожалею, иди сюда. Хороший Стёпа, хороший. Давай слёзки вытрем. И сопли. Ну, успокоился? Пошли дальше, держись за ручку. А где у нас Вовик? Ой! Вовка, фу!! Не трогай её, не трогай собачку, она грязная! Вовка! Сашка, а ты куда смотришь? Оттащи его от собаки! Степан, куда ты валишься? Стой ровно! Пошли. Держись крепче, не падай!
Это мы погулять во двор вышли. Я, Сашка и мои братья. Без коляски, пешком. Близнецы уже пытаются ходить. Получается пока плохо, но они стараются. Очень помогает учить ребят ходить то, что я и сам сейчас ещё ребёнок. Взрослому человеку нужно нагибаться, чтобы держать такого малыша за руку. А мне не нужно — братья, когда встают на ноги, ростом мне уже почти по плечо. Правда, если их нужно куда-то поднимать, то тут уже мне приходится попыхтеть. Они к настоящему моменту почти по девять килограммов каждый весят, и к осени, судя по всему, своей суммарной массой обгонят меня.
Ребятам скоро год. Вот, ходить учимся. По квартире уже по стеночке ковыляют. И говорить пытаются. Вдвоём даже моё имя произнести могут. Вовка называет меня “Нат”, а Стёпка — “Аша”. Так вот каждый по половине моего имени выучил.
Сейчас лето, жара, тополи цветут. У нас с Сашкой каникулы, которые мы проводим, занимаясь с мальчишками. Для Сашки мои братья — невероятно забавная игрушка. Другие девчонки в её возрасте играют в куклы, а у неё есть два самых настоящих, живых ребёнка, о которых нужно заботиться. Сашка вроде как сестрой мне с братьями стала. С утра до вечера с нами. Мальчишки тоже привыкли к ней. Они её “Саса” называют.
Здорово Сашка помогает мне. Без неё было бы намного сложнее. Она чуть ли не живёт с нами. Приходит с самого утра, ещё до завтрака, а уходит часто уже после того, как братья укладываются спать, благо идти ей недалеко. Она в нашем же доме живёт, через два подъезда от нашего. А иногда Сашка и на ночь не уходит домой, остаётся ночевать у меня. Мы с ней тогда вдвоём в моей кровати спим. Мы же пока ещё маленькие,