Таящийся ужас

просто убиваем, их и отбираем у них: деньги. Но сейчас на этом много не заработаешь.- Он закудахтал как счастливая наседка, которая снесла сразу пять яиц, и объявил: — Я Джед Карта.
— Картер?
— Карта. Садитесь, обсушивайтесь, а я тут разведу огонь.
Мы с Розамундой промокли до нитки. Я спросил:
— У вас есть какая-нибудь сухая одежда? Если вас это волнует, то могу сказать, что мы женаты уже несколько лет, но все еще чувствуем себя грешниками. Мы Денхемы, Розамунда и Чарли.
— Разве у вас не медовый месяц? — Карта, казалось, был разочарован.
— Это наш второй медовый месяц. Интереснее, чем первый. Очень романтично. Верно, старуха?
— Ага, потрясно, — согласилась она. Ну и молодчина моя женушка. Единственная женщина умнее меня, к которой я не питаю ненависти. Она очень хорошенькая, даже когда похожа на мокрого котенка.
Карта разжигал огонь в камине.
— Здесь жила когда-то куча народу, — заметил он, — хоть и не по своей воле. Они были сумасшедшие. Но это больше не сумасшедший дом.
— Это вы так говорите, — сказал я.
Он покончил с камином и зашаркал к двери.
— Я принесу вам кое-какую одежонку, — сказал он, обернувшись через плечо, — то есть, если, конечно, вы не против остаться здесь одни.
— Вы что, не верите, что мы женаты? — спросила Розамунда. Честное слово, нам не нужны компаньонки.
Карта оскалил редкие пеньки сгнивших зубов.
— Э, да причем тут это? Народ в наших краях чего только не придумает. Да вот, — он хихикнул, — слышали небось о вампирах? Люди говорят, многие здесь померли недавно.
— Наш — Отказ — печатать — вашу — работу — вовсе — не — означает — что -она — лишена — достоинств, — произнес я.
— Чего?
— Это… неважно. — Мы с Розамундой переглянулись. Карта сказал:
— Мне-то что до всего этого — я в таких делах не замешан, снова ухмыльнулся, облизал губы и вышел, захлопнув за собой дверь. И к тому же запер ее снаружи.
— Да, дорогая, — сказал я, — у него зеленые глаза. Я заметил это.
— А клыки острые?
— У него только один клык, да и тот стерт до корешков. Может быть, некоторые вампиры гложут свои жертвы деснами. Во всяко случае, звучит довольно необычно.
— Может быть, вампиры тоже бывают не вполне обычными. — Розамунда смотрела в огонь. В углах комнаты плясали тени. За окном блеснула молния. — Наш-отказ-печатать-вовсе-неозначает…
Я нашел несколько пыльных вязаных шерстяных платков и встряхнул их.
— Снимай свою шелуху, — коротко сказал я Розамунде, и мы повесили промокшую одежду перед пылающим камином, завернувшись в платки, так что стали похожи на индейцев. — Может быть, это не рассказ о привидениях, — заметил я, — может, это порнографический, рассказ.
— Вряд ли, раз мы женаты, — возразила Розамунда. Я улыбнулся. Но все же задумался. Об этом Карта. Я не верю в совпадения. Как-то легче поверить в вампиров.
Дверь отворилась, и вошедший человек был не Карта. Это существо походило на деревенского дурачка — огромная гора жира с толстыми слюнявыми губами и складками жирной кожи, выглядывавшими из-под расстегнутого воротника рубашки. Он подтянул широкие брюки, почесался и посмотрел на нас с идиотской улыбкой.
— У него тоже зеленые глаза, — заметила Розамунда. У нашего нового знакомого была заячья губа, но мы хорошо поняли его слова.
— Уевшей нашей родни желеные глажа. Дедуля жанят. Он пошлал меня отдать вам вот это. Меня жовут Лем Карта. — Лем бросил мне целый узел, который принёс с собой. Старая одежда: Рубашки, брюки, ботинки — довольно чистые, но все пропахшие сыростью. Лем проковылял к огню и присел, уронив свое чудовищное тело на пол. У него был такой же нос клювом, как и у дедули, но полускрытый слоями отвисшего жира. Он хрипло захихикал.
— Мы любим лошетителей, — объявил он. — Мамуля тоже шойдет вниж, пождороватьшя. Она переодеваетшя.
— Надевает чистый саван, а? — небрежно спросил я. — Уходи, Лем. И не смей подглядывать в замочную скважину.
Он что-то проворчал, но зашаркал к выходу. Мы влезли в заплесневелые тряпки. Розамунда выглядела прекрасно.
— Пейзанский тип, — сказал я ей — и соврал, конечно. Она стукнула меня ногой.
— Побереги силы, дорогая, — сказал я. — Они могут понадобиться нам, чтобы отбиться от этих Карта. Большая и довольно-таки страшная семейка. Это, должно быть, их наследственное владение. Они, верно, жили здесь, когда это был сумасшедший дом. Как бы в гостях. Хотелось бы мне выпить.
Розамунда посмотрела на меня.
— Чарли, ты начинаешь верить…
— Что эти Карта-вампиры? — сказал я. — Да нет, черт возьми! Они просто местные деревенские шутники, которые пытаются напугать нас. Я тебя люблю, детка.
Я обнял ее так, что