Таящийся ужас

едва не сломал ребра. Она дрожала.
— В чем дело? — спросил я.
— Мне холодно, — ответила она. — Вот и все.
— Конечно. — Я притянул ее поближе к огню. — Вот и все. Конечно. Естественно. Брось-ка мне эту лампу, и мы отправимся на разведку,
— Может быть, подождем мамулю?
Летучая мышь ударилась снаружи о стекло. Они редко летают во время бури. Розамунда не заметила ее.
— Нет, мы не будем ждать, — сказал я, — идем.
У дверей я остановился, потому что моя жена упала на колени. Но она не молилась. Она смотрела на какую-то грязь на полу. Я поднял ее свободной рукой.
— Конечно, я знаю. Это могильная земля. Граф Дракуда не дремлет! Пойдем осмотрим этот психдом. Где-то тут должна околачиваться парочка скелетов.
Мы вышли в холл. Розамунда быстро подошла к входной двери и попыталась открыть ее, Она посмотрела на меня с всезнающим видом.
— Заперто. И на окнах решетки.
Я сказал: «Идем!» — и потащил ее за собой. Мы пошли в долгий холла, заглядывая в пыльные молчаливые комнаты, наполненные темнотой. Никаких скелетов. — Абсолютная пустота. Только затхлый запах, как будто в доме не жили уже много лет. Словно наваждение, в голове промелькнуло: «Наш-отказ-вовсе-не-означает…»
Мы вышли в кухню, тусклый свет просачивался туда через двери в кухне раздавался странный шипящий звук. Одна из теней шевельнулась и оказалась молодым Лемом, надеждой этого милого семейства.
Шипение прекратилось. Хриплый голос Джеда Карта произнес:
— Вроде бы острый.
Что-то вылетело оттуда и шлепнуло Лема прямо по лицу. Он жадно схватил это. Когда мы обходили его, то увидели, что он грызет кусок сырого мяса.
— Ждорово! — причмокнул он, пуская слюни. Его глаза блеснули зеленым светом. — Вот ждорово!
— От этого вырастают крепкие, здоровые зубы, — сообщил я ему и мы прошли в кладовую. Там Джед Карта точил на камне нож. Или саблю. Во всяком случае, что-то достаточно большое, чтобы им можно было сражаться. Он выглядел немного растерянным. Я бодро произнес: — Готовимся к вторжению?
— И никогда-то у меня не выходит все как следует, — пробормотал он. — Эй, осторожнее с этой лампой. Дом сухой как труха. Одна искра — и все полыхнет огнем.
— Огонь такая чистая смерть, — пробормотал я и охнул, потому; что Розамунда поддела меня локтем под ребра. Она сказала сладким голосом:
— Мистер Карта, мы страшно проголодались. Нельзя ли…
Он ответил странно изменившимся голосом, низким и рычащим:
— Это здорово. Я тоже проголодался.
— А пить вам не хочется? вставил я — Я бы не отказался от стаканчика виски. И капельку крови на закуску, если можно, — добавил я. Розамунда снова пихнула меня локтем.
— Иногда люди прямо напрашиваются на неприятности, — сказала она язвительно.
— Это только маскировка, — ответил я. — Я напуган до смерти, мистер Карта. Честное слово. Я все еще отношусь к вам совершенно серьезно.
Он положил нож, и лицо его искривилось в улыбке.
— Вы просто не привыкли к деревенским обычаям, вот и все
— Вот и все, — сказал я, прислушиваясь, как Лем в кухне, пуская слюни, грызет кусок сырого мяса. — Как прекрасно, должно быть, жить такой чистой, здоровой жизнью.
— Ну да, верно! — ухмыльнулся старик. — Наша округа, Хеншейв, хорошее место. Мы все живем здесь с незапамятных времен. Конечно, соседи не часто навещают нас…
— Да неужели, — пробормотала Розамунда. Кажется, она стала менее сдержанной.
— Да, у нас тут община старая. Давняя община. Мы живем своими обычаями со времен Революции — и легенды свои у нас есть. — Он посмотрел на говяжий бок, который висел рядом с ним на крюке. — У нас тут есть легенда о вампирах, хеншейвских вампирах. Да я уж вам говорил, верно?
— Верно, — сказал я, покачиваясь на каблуках. — Вы сказали, что в таких делах не замешаны.
— Но кое-кто замешан, ухмыльнулся он. — Ну, я-то не верю этим россказням о бледнолицых дьяволах в черных плащах, которые пролезают в щелки и превращаются в летучих мышей. Я так считаю — вампиры должны меняться со временем, понимаете? Вампир у нас в округе Хеншейв не будет таким же, как заморский вампир. Он может быть даже веселым парнем. — Карта захихикал и покосился на нас. — Ставлю, что угодно, — он ведет себя так, как другие; никому в голову не придет, кто он такой. И он может оставаться таким до тех пор, пока… — Карта посмотрел на свои руки, узловатые от тяжелой работы. — Пока не умрет.
— Если вы хотите напугать нас… — начал я.
— Да я просто шучу, — сказал Карта. Он повернулся к говяжьему боку, висевшему на крюке, — Ерунда это все. Вы сказали, что проголодались. Как насчет бифштекса?
Розамунда торопливо сказала:
— Я передумала, я не ем мяса.
Это было вранье,