И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
удивленно подняла глаза.
– А вообще, не вязалась бы ты с этим придурком, – высказав такое пожелание, Лешка независимо прошел мимо.
– Эй!
Он чуть замедлил шаг.
– Постой же!
Юноша обернулся:
– А, это ты. Хорошая у тебя коляска.
– Да, неплохая, – девчонка пытливо смотрела на него, словно бы силилась чтото для себя уяснить. Наконец, спросила, нервно покусывая губы:
– Ты – приятель Никифора Макрита?
– Скорее уж – неприятель, – усмехнулся Лешка.
– Но ты ему хотел чтото сказать?
– Хотел, чтоб он не приставал к тебе. И, помоему, мне удалось его уговорить
Девушка сузила глаза:
– Интересно, каким же образом?
– Да врал, что на ум пришло, – честно признался Лешка. – Просто ненавижу, когда подобные типы вяжутся к девушкам. Особенно, когда девушки этого не хотят.
– Так ты хочешь сказать, что простонапросто помог мне избавиться от слишком навязчивого кавалера?
– Именно так.
– Не верю!
– А мне и не надо, чтоб ты верила. Главное – можешь спокойно ехать домой.
– Доброхот какой выискался!
– До свидания, любезнейшая госпожа! – издевательски поклонясь, юноша свернул в подвернувшийся на пути переулок.
– Постой! – снова закричала девчонка. – Как тебя зовут, парень?
– Алексей. А тебя?
– Ксанфия.
– Рад знакомству. Ты очень красивая.
Ксанфия улыбнулась:
– Я знаю… Прощай… И, коли все и вправду так, как ты говоришь – опасайся Никифора Макрита. Это жуткий и мерзкий тип… Как, впрочем, и Герасим…
– Я уже заметил… Постой! – теперь уже Лешка бежал за коляской.
Девушка оглянулась, придержав лошадь:
– Чтото забыл?
– Спросить… Где тебя можно увидеть?
– Ого! – Ксанфия лукаво прищурилась, на щеках ее заиграли забавные ямочки. – Вот так сразу?
– Так где? – настойчиво повторил Лешка.
– По вечерам я иногда гуляю у Влахернской гавани. Вместе с подружками и слугами.
– А мне можно прийти? Просто так… Честное слово, я вам не буду мешать!
Ксанфия неожиданно рассмеялась:
– Что ж, если не будешь – приходи.
До составления отчета оставался ровно один день, а приют Олинф до сих пор являлся непознанным, что, естественно, не могло не будоражить Лешку, все попытки которого проникнуть в тайну приюта терпели крах – и опросы соседей, и даже такое, казалось бы, верное, средство, как срочный визит технитов. Юноша попытался было прикинуться водопроводчиком – его не только не пустили на порог, но и вообще не стали разговаривать, сколько он не барабанил в дверь. Пустое! Лишь чейто глуховатый голос пообещал спустить собак. Собаки в приюте действительно были – изза ограды частенько слышался злобный лай. Ну, вот, еще и собаки! Словно и не приют, а какойто военный объект. Да – дела, хуже некуда. Конечно, можно было бы просто выдумать всю информацию, но… Лешка вдруг опять вспомнил ту самую головоломку о девяти точках, оказавшихся кружками. Их нужно было соединить тремя прямыми линиями – и сделать это оказывалось возможным, лишь только выйдя за границы рисунка. Вот и здесь, похоже, нужно было выходить за границы. Ведь приют не мог быть полностью изолированным от внешнего мира – вчерашней ночью юноша даже заметил посетителей, которых безропотно пропускали в приют, словно самых дорогих гостей. Правда, при этом громилапривратник освещал им лицо горящей свечой. Фейс – контроль – ну, надо же! Если б был какойнибудь пароль, тайное слово, Лешка, конечно, попытался бы подслушать, а там, может, и проник бы в эту неприступную крепость. Если бы… Ну, а пока оставалось лишь лежать за кустами да внимательно вглядываться в приезжавших господ – судя по коням, коляскам и носилкам, – посетители были именно господами, и не из самых последних.
Таинственные гости разъехались из приюта под утро, но Лешка так и не смог хоть когонибудь проследить – нарвался на гопников, которые гужевались по ночам в заброшенном парке. Пришлось срочно спасаться бегством. Убежал, конечно, тем более, уже наступало утро и улицы постепенно заполнялись народом. Придя домой, поспал пару часиков, и теперь вот сидел, думал. Да, и в самом деле, нужно выходить за пределы рисунка… то есть – приюта. Вопервых, туда ведь должны както доставлять еду, вовторых – детей, сиречь воспитуемых… Да, интересно, откуда они берутся?
Лешка не поленился и, заглянув на службу, поинтересовался данным вопросом у непосредственного начальника – старшего тавуллярия Никодима Калавра.
– Откуда, откуда, – недовольно пробурчал тот. – Все из разных мест. На другие приюты накопал чтонибудь?
– Само собой!
– Ну, ладно, о воспитанниках Олинфа я, так и быть, разузнаю сам.
– Вот, спасибо!
– Так что сегодня можешь быть свободным, – Никодим неожиданно улыбнулся. – А вот завтра будем
