И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
– один из южных портов, наряду с гаванью Юлиана. Но та располагалась у самых дворцов, вблизи церкви Сергия и Вакха, гавань Феодосия была попроще. У причалов в основном колыхались небольшие рыбацкие суденышки, торговых судов было мало, да и те какието маломерки по сравнению с огромными марсильянами и скафами, что привычно швартовались в бухте Золотой Рог.
Был уже вечер, и нежнооранжевое солнце, скрываясь за куполами маячившей в отдалении церкви Иоанна Студита, посылало прощальный привет в виде бегущих по синим волнам ласковых золотистокрасных зайчиков.
Тяжело дыша, Лешка в нетерпении застыл у бушприта. Ну, вот оно, вот! Палевое небо, мощные зубчатые стены из светлосерого кирпича, колокольный звон. На берегу, рядом с тавернами, две небольшие пальмы, кипарисы, акации… Господи, какое все родное! Вот в этой таверне они частенько сидели с Владосом, а вон там, чуть подальше, ловили рыбу… Господи, неужели?!
Не скрывая радости, Лешка прыгнул на берег, едва шебека тихо прижалась бортом к причалу. Хорошо хоть успели до темноты, шататься по улицам ночью – занятие для самоубийцы, слишком много шатается народа разбойного свойства. Но пока вроде бы не сильно стемнело. А до Пятибашенных ворот не так уж и далеко. Именно в той стороне находился дом Георгия, где когдато вполне даже счастливо проживал и Лешка. Сам Георгий принял монашество в монастыре Святого Архангела Михаила, более известном, как «церковь Хора», а дом – надо сказать, пришедший почти в полное разорение, – предоставил в полное распоряжение друзей – Лешки и Владоса. Ух, и весело ж тогда жили!
– Подайте на пропитание безработному актеру! – заблеял позади нищий – противный такой старик. – Подаайте!
Прощелыга ловко ухватил Лешку за край плаща.
– Отстань, – разозлился юноша. – Откуда деньги у нищего рыбака?
– Ну, хоть скольконибудь…
Разомлевший от предчувствия счастья, юноша швырнул оборванцу медный обол. Старик попрошайка, счастливо похрюкивая, потрусил к ближайшей таверне, перед входом в которую, прямо на улице, жарили на вертелах рыбу. Тут же, на углях, потрескивали каштаны, запах стоял такой, что у Лешки потекли слюни, а руки уже нащупывали в поясе пару оболов.
А и перекусить! Почему бы и нет? Чего шататься по улицам с пустым брюхом?
Не заходя внутрь таверны, юноша уселся за один из столиков под балдахином. Этакая быстро заполнявшаяся народом выносная терраса. Тут же подбежал мальчишкаслуга, почтительно поклоняясь, осведомился, чего господину угодно?
– Господину угодно каштанов. И жареной рыбы. Да, и вино не забудь!
– Осмелюсь спросить насчет рыбы – скумбрию, камбалу, бычков?
– Скумбрию, – подумав, решил Лешка. – Да не какуюнибудь, а пожирнее! И каштаны не забудь очистить и хорошенько полить оливковым маслом.
– Сделаю все, господин!
– Вот тебе пока обол, остальное после.
Ловко поймав монетку на лету, служка проворно засунул ее за щеку и, поклонившись, умчался.
– У вас не занято, уважаемый господин?
Лешка обернулся.
Двое. Одеты опрятно и чисто, и, пожалуй что, не дешево. Но, без претензий – без этих западноевропейских заимствований – узких разноцветных чулок, наставных плеч, ярких повязок, бантиков, всего того, что прохиндеиторговцы гордо именуют бургундской модой. Длинные светлые рубахи с оплечьями, поверх – шерстяные накидкидалматики, белые, с красною полосой. Один – пожилой, усатый, другой помоложе, рыжий, с бородкою. Оба дружелюбно улыбались. Приятные люди…
– Пожалуйста, присаживайтесь. – Лешка с готовностью подвинулся.
– О, не стесним ли?
– Ну что вы…
Словно из воздуха материализовался еще один слуга, не тот, что до того подбегал к юноше. Посетители тоже заказали жареной рыбы с каштанами – это тут все заказывали, еще бы – ведь здесь же, под боком, все и жарилось.
Наконец с подносом в руках прибежал мальчишкаслуга, положил на стол перед юношей круглую пресную лепешку с каштанами и рыбой. Поставив рядом кувшин, налил в глиняную кружку вина:
– Нового урожая!
– Наверное, кислое? – нарочно скривился Лешка.
Мальчишка замахал руками:
– Ну что вы! Вот попробуйте!
Лешка тут же отпил… и блаженно зажмурился. Потом прищелкнул языком и обернулся к соседям:
– Вкусное вино. Рекомендую.
– Да мы его уже заказали. – Оба улыбнулись. – Вас как зовут, молодой человек?
Лешка назвался.
– Я – Филимон, – представился вислоусый.
Рыжий погладил бороду и улыбнулся:
– А я – Феодор.
Тут как раз принесли и им.
Вислоусый поднял кубок:
– Ну, за знакомство!
Выпили, закусили, пошла беседа. Сначала поговорили о погоде – дескать, портится, потом о нравах – того они, нравы,
