И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
самую доброжелательную улыбку, Лешка выбрался из кустов.
– Здорово, коль не шутишь! – бородач, казалось, ничуть не удивился, лишь прищурил глаза, но это, верно, от солнца.
– Я из молодежного лагеря, – представился Лешка. – Вот, заплутал немного. Не подскажете, в какой стороне море или хотя бы шоссе?
– Море? – незнакомец вдруг улыбнулся. – А мы как раз туда и едем. – Пошли, довезем.
Довезем! Он сказал – довезем! Значит, у них есть машина, значит…
Обрадованный до глубины души, Лешка вслед за бородачом выбрался из оврага… Мдаа… Машиныто не было. Были лошади.
– Так ты русский, мил человек? – обернулся бородач.
– Русский. Меня Алексей зовут.
– А из каких мест будешь?
– Мценский.
– Ага, литовец, значит.
Господи, да что же это, Мценск – Литва, что ли?
– Я Федор, – усмехнулся незнакомец. – А то – Мишка с Терентием. – Он кивнул на парней. – Вот с Терентием на одной лошади и поедешь, только держись крепче.
– Спасибо.
– Тебе, Алексий, зачем к морюто?
– Да… там… Там лагерь у нас, палаточный.
Федор ничего больше не сказал, лишь махнул рукой – поехали.
Лешка взгромоздился на лошадь со второй попытки, уселся, крепко обхватив руками Терентия. Тот натянул поводья и легонько стегнул лошадь плетью. Сначала ехали шагом, но потом перешли на рысь. И Лешкино сердце вдруг замерло от восторга – впечатление было такое, словно бы он летел на мотоцикле, на заднем сиденье, со скоростью километров сто пятьдесят – и здорово, и страшно, и от тебя ничего не зависит. И неудобно на лошадито. Ну, да лучше уж плохо ехать, чем хорошо идти. И Федор этот, и парни, можно сказать, производили вполне приличное впечатление. Говорили порусски – правда, мало – не отказались подвезти, не набрасывались, не хватали, не заламывали руки. Значит, не бандиты – точно.
Они выросли точно изпод земли – разноцветные шатры и палатки, вернее, крытые плотной тканью повозки. Вокруг расстилалась степь, рядом с повозками и шатрами паслись стреноженные кони, остро пахло навозом, какойто похлебкой и только что выпеченным хлебом. Лешка почувствовал, как во рту загустела слюна.
Они спешились около высокого шатра. Суетившиеся вокруг повозок люди – в смешных сапогах и рубахах – не обратили на Лешку почти никакого внимания, лишь поклонились спешившемуся Федору.
– Накормите, – бросив поводья подбежавшему мальчишке, Федор кивнул на Лешку. – Поедет с нами в первой телеге. До моря.
– Э… Федор, – несмело позвал юноша. – А где же всетаки море?
– До моря день пути, – прищурился тот. – А ты думал – ближе?
– Даа, – Лешка улыбнулся. – Далеко ж я зашел. А скажите…
– Не спрашивай пока ничего, – покачал головой Федор. – Лучше кушай – скоро в дорогу.
Один из сидевших рядом с небольшим костерком мужичков жестом подозвал Лешку и, когда парень подошел, протянул ему миску какогото варева, похожего на жидкую овсяную кашу с мясом и пахучим маслом. Впрочем, варево оказалось вкусным. Лешка съел аж две миски – настолько оголодал, – после чего заулыбавшийся мужичок откудато притащил большую деревянную кружку:
– Пей, друже!
Друже! Ну, точно – казаки!
Поблагодарив, Лешка принялся с наслаждением пить. Чуть не захлебнулся – уж больно вкусное оказалось питье, чемто походило на вино, но слабенькое. А может, это и было вино, просто сильно разбавленное холодной водою?
Пока Лешка ел, казаки споро свернули свои шатры и уселись на лошадей или в телеги. Ничего себе казаки! Какойто цыганский табор. А может, это и вправду – цыгане. Да нет, не похожи вроде бы. Юноша покрутил головой – в основном все тут были белобрысыми, светлобородыми, чернявых попадалось мало.
– Пора, – сзади неслышно подошел Федор. – Вон телега, – он махнул рукой. – Поедешь с Саидой. Там и переоденешься.
– Спасибо, но…
Лешка хотел бы сказать, что он вовсе не нуждается ни в каком переодевании – и так хорошо, даже более чем, по этакойто жаре. Ну, шорты, конечно, рваные. Так и что с того? Наоборот, еще и лучше – прохладнее. Да и модно.
Федор его не слушал, ушел, громко распоряжаясь отъездом – видать, он был тут за главного. Пожав плечами, юноша отдал кружку подбежавшему мужичку – жаль, не познакомились, не поговорили – и быстро вскочил в отъезжающую телегу – крытый фургон, груженный какимито тюками и бочками, запряженный рогатыми медлительными волами.
Волами правила темноволосая девушка лет двадцатидвадцати пяти, тоненькая, смуглая, с приятным лицом и темными несколько раскосыми глазами.
– Вы – Саида? – Лешка растянул губы в улыбке.
– Саида, – девушка тоже улыбнулась и кивнула кудато назад. – Там, на тюках, порты и рубаха. Одень.
Лешка пожал плечами:
– Да мне и так хорошо. Впрочем, если настаиваете…
Одежонка оказалась
