И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
на равнину, последовал дальше. Куда? О том знал лишь сам работорговец и его особо приближенные слуги. Лешка оглянулся и тут же зажмурился – в сияющей меди ворот отражалось солнце.
Сильно пахло морем и пахучими травами. Порывом соленого ветра в глаза юноши метнуло песок. Лешка зажмурился и едва не споткнулся, однако все ж удержал равновесие – лишь звякнули цепи. Хозяин, купец Фариз Абдул, оглянулся, сидя в седле, и недовольно скривился – ему были нужны сильные и выносливые рабы, а не те, которые спотыкаются. Здоровенный надсмотрщик, подскакав к юноше, в ожидании приказа выхватил плеть… Купец поморщился – и надсмотрщик, ударив плетью коня, поскакал в конец каравана.
А под ногами стелилась все та же степь, лишь трава постепенно становилась гуще, да все чаще попадались заросли алого дикого мака.
«Наркоманам бы тут понравилось», – ни к селу ни к городу подумал Лешка и почемуто улыбнулся.
Впереди, за низенькими раскидистыми деревьями, синели горы. Далеко ли до них было, близко ли – Лешка так и не смог определить, одно он знал точно – за этими горами должно быть море. Впрочем, до гор невольничий караван так и не дошел, остановился на развилке дорог. Справа тянулась степь, а слева угадывались очертания какогото большого города с белеными домиками и башнями. Несколько всадников в треугольных меховых шапках приблизились к главе каравана, приветствовав его грубыми гортанными голосами. Фариз Абдул чтото ответил, засмеялся и, обернувшись к слуге, махнул рукой. Слуга с поклоном передал всадникам несколько блестящих монет и те удалились, обнажив в улыбках белые зубы.
– Что это за город? – Лешка обернулся к закованному в цепи соседу – угрюмому мужику, в последнее время еле волочащему ноги.
Вместо ответа тот лишь качнул головой.
Не знает… Лешка посмотрел вокруг – у кого бы узнать? Хотя, в общем, какая разница?
Судя по всему, это и был конец пути. Невольников хорошо покормили и, разделив на небольшие группы, разместили у самых повозок, натянув сверху пологи от солнца.
– Отдыхайте, – ухмыльнувшись, распорядился Фариз и, погладив бороду, добавил: – Набирайтесь сил.
Как только пленники улеглись в траву, почти всех их сморил тяжелый сон. Лешка тоже заснул и проснулся лишь от громких криков надсмотрщиков.
– Подъем, подъем, собаки! – орали те, размахивая плетьми, однако никого не били, опасаясь испортить внешний вид товара.
В багровом свете восходящего солнца город казался окрашенным кровью, лишь коегде поблескивали золотом крыши. Длинные тени башен протянулись далекодалеко, словно жадные щупальца гигантского осьминога. Словно старались дотянуться до каравана, ухватить зазевавшихся рабов, утащить их в свое ненасытное чрево. Однако никого не нужно было хватать, караван и так шел в город.
– КыркОр, – обернувшись, Фариз Абдул горделиво указал плеткой на город. – КючюкМухаммед… Кючюк…
Он неожиданно скривился и сплюнул, да и последние слова произнес таким тоном, словно подзывал сторожевого пса или прогонял свинью.
КючюкМухаммед… Так, вероятно, зовут правителя. Как бы сказал Дюшка – «КучукМахметцарь».
А Фариз царя, кажется, не очень любит… Такое впечатление.
Город просыпался, голосил пронзительными воплями, услыхав которые, надсмотрщики во главе с купцом вмиг попрыгали с коней и, достав коврики, принялись молиться.
– Алла илаху Аллаааа…
Фариз Абдул, впрочем, не молился на улице, а вместе с особо приближенными, сняв башмаки, зашел в красивое, украшенное нарядным бирюзовым куполом здание, по обеим сторонам которого высились две башни, напоминающие стоящие на боевом взводе ракеты. Скорее всего – местная церковь. Как ее там? Мечеть, во!
Вблизи город показался Лешке вовсе не таким большим, как снаружи. Убогонький, можно сказать, был городок – несколько красивых зданий, мечети, а остальное – все заборы, заборы, заборы. Разные – из плоских серых камней, из белого известняка, даже кирпичные, только деревянных не имелось, вообще, Лешка давно приметил – дерево здесь было в дефиците. Заборы и хижины. Люди одеты коекак – в обносках, словно нищие. А может, это и есть нищие? Сейчас начнут попрошайничать. Хотя… Вот этот вот смуглый парень с большим кувшином – явно продавец воды, а вон тот, с корзиной – лепешечник, а тот – торговец фруктами. Что у него там, за спиной? Лешка повел носом – судя по запаху, яблоки или груши.
Молитва окончилась, так же внезапно, как и началась. Вскочив на ноги, охранники свернули коврики, из мечети вышел Фариз со свитой. Тронулись дальше – по узеньким кривым улочкам, мимо высоких глухих оград. Любопытные мальчишки – полуголые и грязные – словно стая собак, бежали за караваном, крича и кидая камни. Ругаясь, надсмотрщики отгоняли
