И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
да каких красивых! Назавтра же они были проданы, и появились другие, и Лешка с Аргипом под вечер отправились за прутьями… Нет, в самом деле – за прутьями, ведь интересующих крестоносное воинство сведений было уже накоплено достаточно – осталось только их передать, уйти. Да это легко было сделать, правда вот, Лешка пока не очень торопился – ходили упорные слухи, что крестоносцы остановились в Сербии, в окрестностях города Ниш, куда, по словам все того же Пурима, не так давно выступило и турецкое войско. Сложно было бы пробраться через турецкие посты, лучше бы выждать, когда произойдет битва, а уж потом… потом действовать в зависимости, от сложившейся ситуации, ведь собранные парнями сведения – кстати, весьма ценные – понадобятся воинам короля Владислава лишь только тогда, когда они придут в Болгарию. А, может статься – и не придут… Нет, все равно придут, если и не сейчас, так позже. Потерпят – не дай Бог! – поражение, так наберут через год другое войско. Вся Европа под боком! Крестовый поход – святое дело, молодец папа Евгений!
Так, что нужно был ждать битвы.
А по городу уже ходили самые разные слухи. Говорили, что известный ученый и мистик султан Мурад так и не соглашается взять обратно в свои руки бразды правления государством и войском, полностью погруженный в научнолитературные изыскания. Что он полностью доверился воеводам – даже, скорей, не доверился, а просто ему было глубоко наплевать на мирские дела. Что там с войском, как ведет себя наследник, двенадцатилетний Мехмед? Учится, говорят, изпод палки – в буквальном смысле слова изпод палки – а как же еще могут учиться двенадцатилетние подростки? Но учится хорошо, и достиг уже больших успехов в истории, языках, юриспруденции. Наследник необуздан, гневлив, в отличие от отца, очень любит военное дело, однако, гвардия – янычары – его презирают, обзывают юнцом… А полководцы погрязли в роскоши и мздоимстве! Так на чьей же стороне будет победа? Скорее всего – на стороне крестоносцев.
В ожидании благой вести о славной победе крестоносного воинства, Алексей и Аргип не сидели, сложа руки – все же использовали любой благоприятный момент, чтобы дополнить уже имеющиеся сведения и раздобыть новые – к примеру, вычислить проходимость загородных дорог для тяжелой артиллерии. Для того теперь ездили собирать прутья к месту ремонта небольшого мостика через ручей, смотрели, разговаривали с ремонтниками, так, вроде бы ни о чем…
– Хорошая погодка, парни!
– Да уж, слава Господу.
– Небось, утомились уже? Угостить вас свежей холодной водичкой?
– Не откажемся. Благодарствуем, добрые люди.
– Эко, сколько у вас песка… Да еще и камни! Песокто зачем, что, одних камней мало?
– Конечно, мало! Это вам ведь не корзинки плести – дорогу делать! В несколько слове все уложить нужно, да не как по пало, а в строго порядке… Зато такая дорога все, что угодно выдержит!
– И пушки?
– Ха! Пушки!
– И даже в распутицу?
– Да конечно!
Так вот и действовали. А Фекла все плела себе корзины. Но вот однажды…
Но вот однажды, Лешка заметил, что в их повозке ктото шарил, причем шарил добротно, некоторые тайники в днище даже были нарушены – и дощечки приставлены не оченьто аккуратно, хоть и, на первый взгляд, незаметно. Но, если внимательно присмотреться, то видно было – тут волокна на досках не соответствуют, там дощечка неровно пригнана, здесь еще чтото. Ох, недаром, недаром Алексей в этом вопросе требовал от напарника аккуратности. Слава Богу, хоть денежки не пропали!
Конечно же, парни догадывались, кто именно страдает излишним любопытством. Наверняка, Марта – по заданию Пуримбея. Ничего предосудительного – окромя денег – она, конечно же, не нашла, все секретные сведения тщательно записывались Лешкой на тонком пергаменте и аккуратно зашивались в овчинную жилеточку, по местному – кожух. Вот на это старший тавуллярий времени не жалел, ведь могло так статься, что придется бежать немедленно, бросив все, и уж, тем более – громоздкую повозку.
На следующий вечер, после сего события, в комнату к ребятам, вежливо постучавшись, зашла Фекла:
– Ой, как тут у вас душно! Парни, не найдется ли у вас, случайно, чернил и хотя бы плохонького кусочка самой дешевой бумаги? Хочу написать список – священнику, отцу Николаю, помолиться – за упокой, да за здравие. У меня ведь много есть кого поминать.
– Чернила? Конечно есть, – беспечно отозвался Алексей. – Мы ведь торговцы – ведем тщательный учет, все записываем. Сейчас, схожу к повозке, принесу.
– Я подожду.
Лешка вышел, оставив девчонку с Аргипом, а когда вернулся с чернилами, ему вдруг показалось, что напарник както уж сильно покраснел и время от времени бросал конфузливые взгляды на Феклу. А та
