Царьград. Гексалогия

один из прибывших сербов, совсем еще молодой парень лет, может, шестнадцати, ловкий, тоненький, светлорусый, с приятным худощавым лицом.
– Турки? – вислоусый удивленно вскинул глаза. – Откуда здесь турки? Они все на западе, в Сербии. Военный отряд?
– Именно, – отозвался раненый, тот, что с перевязанной рукой. – Сами удивились – откуда они здесь! И так шустро скакали, словно бы ловили когото, выскочили изза холма неожиданно, слонов черти. Там был один парень – молодой, смазливый, дрался, как черт… Моя рука – его сабли дело. Ускакал, гад! Ничего, я его запомнил, Бог даст, встретимся.
– Ускакал?!
– Ну, мы им задали, граф! – горделиво расправил плечи юноша. – Век помнить будут… Несколько человек, к сожалению, ушли.
– Ушли? – граф – граф! – недовольно сдвинул брови.
– Мы не стали их преследовать, некогда, – пояснил раненый. – Да и не затем сюда явились.
– Вот именно, – граф кивнул. – Где же проводники?
– Да сыщем в любой деревне!
– Некогда уже искать – пора возвращаться. Не знаю даже, что я доложу королю?
Сербы виновато потупились.
– Да найдем…
– «Найдем»… Разве ж только они с неба свалятся, эти проводники!
– Прыгаем! – тут же распорядился Алексей. – Ну, быстро, один за другим…
Ох, и глаза же были у воинов!
Еще бы – прямо, казалось, с неба, посыпались люди. Грязные, страшные, мокрые… Черти, а не люди!
– Вам нужны проводники, господа? – потирая ушибленный при падении бок, галантно осведомился Лешка. – Мы – они и есть!
– С неба! – русоволосый парень смешно раскрыл рот. – Свалились! С неба… Проводники!
– Вот, что делается, когда хорошенько попросишь Господа! – наставительно произнес раненый. Нет, не тот, что в голову, а тот, что в руку. Белявый такой, смазливый, надменный, как иногда изображали немецких фашистов в старых советских фильмах.
– Чтото я не очень верю этим, неизвестно, откуда взявшимся, людям, – пристально оглядывая беглецов, усмехнулся граф. – И вид их у меня вызывает сомнения… Какието бродяги. Эй, – он строго взглянул на Лешку. – Вы кто?
Старший тавуллярий пожал плечами:
– Так я же уже сказал – проводники. И не только…
– Что значит – не только?
– Позвольте сначала узнать – кто вы?
Лешка сейчас держал себя с такой прямо таки царственной гордостью, что воины невольно замолкли и даже попятились. А близнецы встали по обе стороны, этаким почетным сопровождением.
– Ого, как заговорили? – усмехнулся граф. – Вам нужно мое имя? Извольте. Я – граф Ференц Шаркози!
– Ага… венгры, точнее – мадьяры, – Алексей улыбнулся. – Выто, граф, мне и нужны.
– Вот как?
– Как можно скорее доставьте нас к королю Владиславу!
– К королю Ласло? – скривил губы граф Ференц. – Мы к нему и направляемся. Только вот, возьмем ли с собой вас – вопрос! Может быть, куда лучше будет развесить вас на ветвях этого дуба? Кто вы?
– Ромеи… – наконец, признался Алексей.
– Ромеи? Греки, что ли? Вот еще новости… Нет, парни, все ж таки готовьте веревки!
– А, коли вы граф, так должны бы знать коекакие слова, – продолжа старший тавуллярий, ничуть не смущаясь.
Предводитель мадьяр вскинул голову:
– Какие еще слова?
– Белград – город мирный, – негромко промолвил Лешка.
– Белград? – переспросил граф… и тут же подобрел, улыбнулся. – Вот с этого бы и начинали! А то стоят тут, строят из себя невесть что… Так, глядишь…

…и вздернули бы, верно, парни?
Крестоносное воинство, ощетинившись копьями, стояло на пологом холме у реки Нишавицы, что протекала близ славного города Ниша. Закованные в сталь венгерские и польские рыцари, сербские пехотинцы, валахи. Трепетало над воинством белокрасное знамя с ликом Иисуса Христа, и налетевший ветер раздувал разноцветные перья рыцарских шлемов.
Чуть позади готовых к битве шеренг, верхом на белом коне нетерпеливо гарцевал сам предводитель – красивый молодой юноша, Владислав Ягеллон, король Польши и Венгрии. На сверкающих латах его был изображен крест – символ крестового похода, и такие же кресты красовались на плащах и щитах рыцарей.
Впереди, у небольшого лесочка, выстроились рядами турки. Бунчуки из лошадиных хвосты, золотые