Царьград. Гексалогия

И ведь не опереться коленками о противоположную стенку – спинойто все равно не прислонишься, болит! Огнем пышет. И еще жутко хочется пить, в горле так пересохло, что… Лешка вдруг усмехнулся: хорошо хоть, пока ничего другого не хочется. Можно себе представить, что будет, когда захочется… Интересно, долго ли собираются его здесь держать? А что если – несколько дней?! Неделю?! Тьфу… Даже думать об этом не хочется. Боже, как болит спина, как болит… болит…
Лешка стиснул зубы и, подняв голову, заметил в черноте неба звезды. Ага – выходит, ночь уже! Или, по крайней мере, вечер.
– Али!
Чу?! Показалось, вроде как ктото позвал. Неслышно так, шепотом.
– Али, да отзовись же!
Точно позвали!
– Это ты, Владос?!
– Тсс… Я тебе сейчас опущу кувшин… Пей! Дерни за веревку, когда напьешься.
Вода! Господи!
Дрожащими руками юноша поймал небольшой привязанный к веревке кувшин, жадно припал к узкому горлышку и пил, пил, пил… Жаль, вода быстро кончилась.
– Спасибо тебе, Владос, – отправив кувшин назад, горячо поблагодарил Лешка. – Не знаю, как бы и выжил…
– Тихо… – принимая кувшин, прошептал Владос. – Я ухожу. Кажется, сюда ктото идет.
Лешка навострил уши, прислушался. Некоторое время наверху все было тихо, настолько тихо, что юноше вдруг показалось, что его похоронили заживо. Даже сторожевые собаки не лаяли!
И вдруг… Сверху скатились кусочки земли… Чтото ударило в голову, повисло… Лешка поднял руки – плетеная фляга!
– Владос – ты?
А в ответ – тишина. Лишь дернули веревку…
Понятно – тот же рецепт.
Юноша пожал плечами и приложился к горлышку… Опа! А во флягето оказалась отнюдь не вода! Не вода, самое настоящее, правда, разбавленное, винишко! Ну, дела… И откуда достал его Владос? Или это не Владос, а еще один совсем незнакомый друг?! Да, наверное, именно так. Что же он молчитто? Хоть бы голос подал. Интересная какая фляга… вовсе не плетеная, а металлическая, скорее всего, серебряная, лишь искусно сделанная под плетенку. Явно недешевая вещь. Интересно, кто ее хозяин?
– Эй, – задрав голову, тихо позвал Лешка. – Спасибо.
Флягу так же молча утянули. Послышались торопливо удаляющиеся шаги. И вот – снова! Похоже, новоявленные друзья собрались и вовсе не давать Лешке спать. Всюто ноченьку шастают! А вообще – приятно.
Опа! На этот раз действовали без слов, молча свалив к ногам пленника веревочную лестницу!
Усмехнувшись, Лешка тут же ею и воспользовался, вылез… Увидев перед собой мрачную до ужаса знакомую фигуру.
– Идем, – тихо сказала фигура – ну, конечно же, это был Кызгырлы! Вот черт, неужели решили выпустить? Недолго музыка играла…
Однако почему кругом такая темень? Почему не зажгли факел или хотя бы свечку, ведь ветрато нет? Экономят?
– Иди за мной и молчи, – свистящим шепотом произнес Кызгырлы.
– Но что…
– Тихо!
Схватив парня за руку, надсмотрщик осторожно (!), словно от когото таился (!), провел его через двор и, остановившись у галереи, чтото тихонько сказал. Скрипнула дверь, и Лешка очутился в небольшой, освещенной зеленоватым светильником комнатке с узким, застланным синим шелковым покрывалом ложем.
– Спи! – Кызгырлы показал на ложе и быстро исчез. Лешка тут же кинулся к двери – заперта и, похоже, надежно. Оконце имеется, но узенькое, с ладонь – не пролезть. Что ж, тогда будем спать – утро вечера мудренее.
Памятуя про избитую спину, юноша улегся на живот и с наслаждением растянулся. Здорово! Потрескивая, горел светильник, Лешка не задувал его специально – устал от кромешной темноты земляной ямы. Так и уснул… Правда, один раз проснулся… увидев около ложа красивую девушку! Сквозь прищуренные глаза он смог рассмотреть ее во всех подробностях – круглое симпатичное лицо с тонкими чертами, прямой слегка вздернутый носик, пухлые губы, чистый высокий лоб, подрисованные стрелками брови. И глаза – словно упавшие звезды! Кажется, черные, а может быть, зеленые или карие, синие – ничего тут не разберешь при столь тусклом свете. Незнакомка некоторое время молча смотрела на юношу и улыбалась. Затем почемуто вздохнула, погладила Лешку по волосам и почти неслышно ушла… И тотчас же в комнату заглянул Кызгырлы, зашептал, тормоша:
– Вставай. Просыпайся. Идем.
Они пришли к той же яме, надсмотрщик поставил лестницу…
– Кызгырлы… – спускаясь, оглянулся Лешка. – Кто эта девушка?
– Какая еще девушка?
– Ну, скажи! Я ведь все равно узнаю.
– Да упаси тебя Аллах хоть чтонибудь…
– Я просто хочу помолиться за ее счастье, – промолвил юноша уже из ямы.
– Гюльнуз, – убирая лестницу, тихо отозвался надсмотрщик. – Ее зовут Гюльнуз.
– Гюльнуз, – шепотом повторил Лешка. – Какое прекрасное имя…