И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
на смерть, господине!
И тут же прыгнул к столу… Оп! Двинул сановника башкой в подбородок – на тебе! Придержал руками… Хотел еще добавить по башке цепью… Нет, вроде не нужно! Убил, что ли? Не должен бы.
Алексей приложил ухо к вельможной груди. Сердце бьется! Жив. Так! Снять с него мантию! Хорошая мантия, с капюшоном. Теперь быстренько спеленать… хоть вот этой скатертью, ага – и кляп из нее же. Хорошо – материя старая, да цепи на руках длинные – действовать не очень мешают.
Стараясь не шуметь, Лешка затащил спеленутого квестора под стол, потушил ближний светильник, и, накинув на плечи мантию, надел на голову капюшон. Вроде бы ничего, не должны заметить. Теперь только – быстро, быстро, другого такого случая не будет. Поутру казнят – и все тебе.
Придерживая – чтоб не звенели – спрятанные под мантией цепи, узник распахнул дверь и, выйдя в полутемный коридор, властно позвал:
– Диомид!
– Я здесь, господин квестор!
– Проводи меня, Диомиде.
– Слушаюсь, мой господин. – Начальник тюрьмы отобрал у подвернувшегося стражника факел и, подняв его повыше над головой, уверенно зашагал впереди. Время от времени оборачивался, предупреждал:
– Осторожно, здесь лестница – не споткнитесь! И здесь – ступеньки. А вот он – порог. Вам помочь, господине?
– Идииди, сам справлюсь.
Диомида нужно было позвать, чтоб сопровождал, ведь кроме него вряд ли кто осмелится войти сейчас в келью. Значит – есть возможность выиграть время, а это важно, очень важно сейчас.
Скрипнув, отворилась дверь – пахнуло ночной свежестью, и с неба брызнули звезды. Квестор, наверное, в коляске приехал. Или верхом? Нет, вряд ли верхом. Но не пешком – точно. И слуги – охрана – наверняка имеются, не может так быть, чтоб без охраны. Ага, вот они!
Серебряная луна освещала узкий тюремный двор, в углу которого виднелся небольшой эшафот с плахой – видать, уже приготовили к завтрему. Алексей невольно поежился, проходя мимо. По левую сторону от эшафота виднелась закрытая двуколка, запряженная четверкою лошадей, и вооруженные короткими копьями воины в панцирях и синих плащах – охрана.
При виде Лешки и Диомида воины живо повскакали в седла, а обернувшийся с облучка возница почтительно поинтересовался:
– Домой, господине?
– Во дворец!!! – забравшись в повозку, громко прорычал Алексей, и повозка тут же покатила к тюремным воротам.
Начальник тюрьмы, прощаясь, побежал рядом, бежал до самых ворот, и потом, когда повозка квестора уже выехала на широкую улицу Пиги, еще долго кричал чтото вослед – как видно, прощался.
Ну и черт с ним!
Откинувшись на мягком, обтянутом парчою, седалище, беглец перевел дух. Время было подумать – он ведь не зря велел ехать к императорскому дворцу – тюрьмато располагалась у Силиврийских ворот, в западной части города, а дворец – у Святой Софии, на востоке. Через весь город тащиться!
Впрочем, времени мало – сейчас начальник тюрьмы вернется в свой кабинет и…
Лешка высунулся из повозки, увидев, как впереди, в свете луны, показалась старая полуразрушенная стена Константина, по обеим сторонам которой располагались полуразрушенные особняки, заросшие превратившимися в настоящие леса садами – остатками былого величия империи. Нехорошее было местечко, и люд там обретался соответственный – разбойники, лиходеи, актеры, проститутки и прочие. Самое подходящее сейчас местечко!
– Эй, останови! – стараясь, чтоб голос звучал красиво и громко, распорядился беглец.
Повозка замедлила ход и остановилась недалеко от стены, у захламленного пустыря, за которым виднелись какието развалины и густые заросли.
– Ждите!
Закутавшись в мантию, Алексей выбрался из кареты и, придерживая цепи, быстро засеменил к развалинам – якобы приспичило по естественной надобности.
– Господине! – закричал было начальник охраны. – Там место недоброе!
– Ждите!!! – обернувшись, снова выкрикнул Лешка.
И проворно скрылся в развалинах некогда великолепнейшего дворца. Снова перевел дух. Так… Куда теперь?
А вон – вдоль стены! Вряд ли охраннички туда сунутся, хотя – кто их знает?
Скинув мантию – уже не нужна, мешает только, – беглец как мог быстро побежал по узкой, тянувшейся меж кустами, тропинке. Места кругом были знакомые – два года назад под непосредственным Лешкиным руководством здесь брали банду страшного душегуба по прозвищу Пигмалион Красный Палец, несколько лет кряду терроризировавшего жителей квартала у церкви Апостолов. Вон она там, церковь – видно, как блестит в свете луны крест. Далековато, конечно, до нее – километра два, не меньше. Да и не нужно туда – слишком уж прямо путь. Лучше сейчас – за стену, уж тамто в последнюю очередь станут искать
