И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
как раз за церковью Апостолов, почти у самой стены.
Старший тавуллярий прикрыл глаза, вспоминая. Ну да, там. Там и лошадок ворованных перековывают, и оружие могут выковать, и много чего еще. Слово только тайное знать нужно – Лешка знал.
Осмотрелся, выждал немного – вроде тихо – и быстро пошел вдоль стены ближе к церкви. Светало уже, и сквозь остатки сизых ночных облаков голубело небо. А на востоке, за стеной – алела заря, и первые лучи солнца золотили нижние края пурпурнопалевых облаков.
Город просыпался. Нахваливая свой нехитрый товар, кричали торговцы, перекрикивались на башнях воины утренней стражи, в церквях вдарили в колокола. Утро.
Беглец запоздало пожалел, что выбросил мантию – пригодилась бы теперь, скрыть цепи, а так – куда же их теперь спрячешь? Издалека видны этакие вериги. Вериги… А что, если… Алексей тут же так и сделал – как придумал: разорвал тунику, сняв, выбросил к черту сапоги, вывалялся в грязи, взъерошил волосы. Да, выбравшись на узкую улочку, пошел себе, ничуть не таясь к церковной площади. Гремел цепями, гнусавил:
– Подайтееее Христа радииии богоугодному страннику!
Люди косились, некоторые даже подавали медяхи, да так, что ближе к церкви скопилось на лепешку и жареную рыбку. Позавтракал, поглазел искоса на постепенно собиравшуюся на площади перед храмом толпу, выискивая знакомых, и, не найдя таковых, направился к стене Константина. Знал, там, на одной из прилегающих улочек, располагалась кузница некоего Демьяна Калитоса, более известного в определенных кругах под именем Демьяна Свинячье Рыло. Никого по пути не спрашивал – дорогу ведал.
Кузница оказалась там, где и была – почти у самой стены, серокирпичной, старой, местами разваленной – слышно было, как стучал молот. Алексей огляделся, но в кузницу не заходил, устроился неподалеку, в кусточках, у захламленного ручья. Ждал.
Ожидание его длилось недолго: не прошло и пяти минут, как из мастерской выбежал молодой подмастерье в кожаном фартуке, с объемистыми ведрами в руках, и, насвистывая, спустился к ручью. Выбрав место поглубже, наклонился, черпанул водицы…
– Хозяина покличь! – неслышной тенью возник за его спиной беглец.
– Ась?! – Парень обернулся – косая сажень в плечах, не слабый хлопчик, и в глазах – никакого страха, еще бы.
Со скрытой насмешкой оглядел незнакомца:
– А что тебе за хозяин нужен?
Лешка прищурился:
– Демьян. Кто же ещето? Иль ты, вьюнош младой, еще какомунибудь хозяину служишь?
Вот этих слов парень испугался! Вздрогнул даже, оглянулся по сторонам, сплюнул:
– Типун тебе на язык! Нету у меня никого другого, окромя господина Демьяна Калитоса.
– Тогда зови, да побыстрее!
– А, – опустив ведро, парень махнул рукой. – А ты кто будешь?
– Кто надо! – жестко отрезал беглец. – Экий ты любопытный, как я погляжу. Таким любопытным одно место – на погосте.
– Иди ты! – подмастерье испуганно заморгал. – Я к тому, что вдруг Демьян спросит – кто звал, да зачем?
– А ты поклон ему передай. От Елизара.
– Передам, ладно.
Схватив ведра, парень быстро зашагал к мастерской, в воротах которой немного погодя возник и сам хозяин, Демьян Свинячье Рыло, и в самом деле, чемто напоминавший раздобревшего кабана. Осмотрелся, засунув большие пальцы рук за пояс, крякнул и неспешно зашагал к ручью.
Алексей выступил изза кустов:
– Здорово, Демьян.
– Здорово, коли не шутишь. – Кузнец внимательно оглядывал путника. – От Елизара, говоришь, поклон?
– От него, – невозмутимо кивнул беглец. – Есть у него к тебе одно дело.
– Так он что, на свободе? – удивленнонедоверчиво переспросил Демьян.
– Нет, но, думаю, скоро будет.
Кузнец хмыкнул:
– Будет он. Каменоломнито глубоки! Так что за делото?
– Не знаю, – Лешка пожал плечами. – Выйдет – скажет.
– Ага, выйдет…
– Я же вышел! Слышь, Демьяне, мне бы лишние украшенья снять, – Алексей красноречиво позвенел цепью.
– Украшения, говоришь? – насмешливо прищурился кузнец. – Так, верно, ведаешь – я в долг не работаю.
– Так я не в долг, – прищурился Лешка. – Бери сейчас крест, вон, на шее висит – серебряный, а завтра я его у тебя выкуплю… дуката за два.
– За три, – быстро поправил Демьян и, не дожидаясь ответа, махнул рукой. – Идем. Только быстро.
– А подмастерья? – заосторожничал беглец.
Кузнец лишь усмехнулся:
– Не боись! Мои парни не из болтливых.
Не прошло и десяти минут, как освобожденный от оков Лешка уже шагал вдоль стены Константина, направляясь на западную окраину города – к Пятибашенным воротам. Далеко впереди, в утренней туманнозолотистой дымке вздымалась в голубое, с небольшими белыми облачками,
