Царьград. Гексалогия

было для этого никуда идти. Потом отошел к мачте, уселся, опершись спиной и вытянув ноги. Рядом, на палубе, со всех сторон спали люди.
Бизнескласс! – усмехнулся Лешка.
И заметил… Нет, показалось! Хотя…
Вот на палубе показалась худощавая фигура Франческо.
И чьято тень в тот же миг отделилась от фокмачты. В тусклом свете луны сверкнул клинок!
– Стоооой! – что есть мочи закричал Алексей и изо всех сил рванулся навстречу юноше.
Тот, видно чтото сообразив, резко прыгнул в сторону, да, споткнувшись об когото из спящих, упал, смешно повернув руку.
А тот, с клинком, уже был рядом, замахнулся… На ходу вытащив изза пояса нож, Лешка, не раздумывая, метнул его в лиходея, угодив тому прямо в предплечье.
Слабый крик. Глуховатый стук упавшего на палубу кинжала. Крик вахтенного:
– Кто там шалит?
Прыжок!
И плеск воды за бортом.
Ушел, гад!
Алексей бросился к борту. Вспыхнул факел – как видно, ктото из вахтенных матросов почувствовал чтото неладное.
Беглец оглянулся и, усмехнувшись, быстро поплыл к берегу.
Лешка хорошо разглядел ухмылку… и вытянутое какоето рыбье лицо!
Креонт!
Это был…

…Креонт!
Обознался? Да нет – приметное рыбье лицо, хищный насмешливый взгляд. Чернявый. Ну точно – он! И ведь все сходится: Креонт – турецкий лазутчик, именно у него работал Франческо, и сейчас узнал этого турка. И за это чуть было не поплатился жизнью! Как поплатились Созонтий и Анисим Бельмо – тоже, наверное, только потому, что узнали, точнее – могли бы узнать. Их первым увидел Креонт – и этого было достаточно. Убил! Просто так – для подстраховки. Чтобы чего не вякнули. Сволочь!
Но что лазутчик – а, скорее всего, это он! – делает здесь, у берегов Крыма? Шпионит? За кем? За татарами на берегу? А что, если…
Старший тавуллярий даже немного опешил от пришедшей вдруг в голову мысли: а что, если Креонт – и есть тот самый тайный посланец султана Мурада? В таком случае он, Лешка, вряд ли снова увидит лазутчика – тот ведь соскочил там, где надо – у крымских татар. Теперь разведает все, встретится с их ханом ХаджиГиреем – и все, миссия выполнена.
Тогда зачем пытался убить?! Что с того, что его узнал скульптор? А того! Значит, вовсе не в Крым нужно было Креонту! Может, он планировал плыть до Таны… и дальше! Ну да – об этом ведь и говорил базилевс!
– Что тут такое случилось? – прогрохотав по палубе высокими сапогами, к борту подошел капитан – кряжистый, чернобородый, в модном – с разноцветными пришивными рукавами – камзоле. – Мне доложили – какойто прощелыга вдруг ни с того ни с сего прыгнул за борт?
Капитан, прищурившись, внимательно посмотрел на Франческо и Алексея. Ну конечно же – прощелыга! И за борт прыгнул – пес его знает почему? Может, надо ему было. И ни на кого из пассажиров не нападал, никого не трогал! Конечно же нет! Если да – тогда придется затевать нудное расследование, вне всяких сомнений, совсем не нужное ни капитану, ни владельцам судна. Зачем? Лишь только репутация пострадает. Лучше все скрыть – тем более что свидетелейто почти нету. Вахтенные – никакие не свидетели, будут говорить то, что укажет капитан, а вот эти двое…
Лешка улыбнулся собственным мыслям – похоже, они были сейчас вполне даже в тему.
– Он… тот, что прыгнул, набросила на… – начал было Франческо, но старший тавуллярий тут же сильно наступил ему на ногу.
– Ой!
– Вы совершенно правы, синьор капитан, – галантно поклонился Алексей. – Этот, неизвестно откуда взявшийся прощелыга, видать, специально дожидался ночи, чтобы покинуть корабль, на который пробрался тайком.
– Вотвот, – обрадованно кивнул капитан. – Именно, что тайком! Бродяга! А вы, я вижу, вполне серьезные и уважаемые люди.
– Да, синьор капитан… – Алексей обернулся на скульптора. – Шел бы ты в каюту, Франческо. Идииди, я сейчас…
Пожав плечами, скульптор направился на корму.
– Мы люди серьезные, – негромко заверил старший тавуллярий. – Тут вы снова правы. И нет нам никакого дела до всяких бродяг. Только…
– Только?