И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
на разбросанные по всему полу подушки длинный худой мужчина в белой чалме и просторной накидкеджелаббе. Лицо его казалось не таким уж и смуглым, большой, с горбинкою, нос походил на клюв хищной птицы, верхнюю губу закрывали длинные ухоженные усы, в глазах отражался красный край заходящего солнца. Словно вурдалак, бррр!
Протокуратор непроизвольно поежился.
– Что дрожишь, шкура? – злобно прищурился горбоносый. – Расскажи, как ты продал султана?! Эй, вы… – он обернулся к парням. – Закройте ставни и зажгите светильники. И ждите у дверей на страже.
Ага… выгнал лишние уши. Не доверяет своим? Или специально – для создания более доверительной атмосферы. Сейчас будет угрожать, а потом попытается перевербовать. Знакомая ситуация.
– Ну, подлый ишак! Отвечай же!
– Спрашивай, – спокойно кивнул Алексей. – Да, может быть, всетаки разрешите присесть?
– Присесть? – Горбоносый сверкнул глазами. – Мххх!!! Впрочем, садись… Если ты намерен говорить, так мы с тобой побеседуем. Но если задумаешь молчать или врать, клянусь, я лично сдеру с тебя кожу!
– Зачем мне молчать? – Алексей уселся поближе к окну с закрытыми ставнями и быстро заговорил, нарочно быстро, отвлекая внимание. – Вот я спрашиваю себя – зачем мне молчать, господин? Ради этих мамлюкских ишаков? Чтобы самому вышло дороже? Зачем мне это, клянусь Аллахом?
– Помолчи…
– Хотелось бы узнать, так сказать, ваше имя?
– Зачем тебе мое имя, мамлюкский пес? Хотя… называй меня Саидбей.
– О, рад познакомиться!
– Сейчас ты подругому запоешь, собака!
– Что вы все заладили – собака, пес… – обиженно воскликнул протокуратор. – Как будто других слов нету!
– Будешь говорить, что спрошу, – другое будет к тебе отношение, – туманно пообещал Саидбей.
– Так спрашивайте!
– Кто послал тебя к Ибрагимбею? Галильпаша?
Ага! Прокололся! Протокуратор поспешно прикрыл глаза, чтобы не выдать неожиданно пришедшую радость. Не такой уж он и профессионал, этот турок. Никогда не следует при первом же допросе называть имена!
– Да! Да! – что есть силы, выкрикнул Алексей. – Он, он, Галильпаша! У, шайтан… А что мне было делать? Он угрожал расправиться со всей моей семьей! Уууу…
– Ты сейчас же напишешь об этом!
– Я… я не умею писать, господин!
– Я запишу сам! – Саидбей поднялся на ноги.
– Дада, я согласен, мой господин…
Пленник прыгнул, словно разжавшаяся пружина! Словно тигр – тихо, бесшумно, мягко… Ногито ему не связали! А связанные руки – это всетаки руки… Ими тоже можно душить… Что Алексей и проделал во мгновение ока, ни на секунду не переставая громко и отчетливо говорить:
– Осмелюсь сказать, Галильпаша сам отыскал меня… дада, сам… Прислал в мой дом слугу, якобы у него обострилась подагра… я ведь лекарь, врач, знаете ли…
Протокуратор, словно тигр, рыскал по комнате. Склонился над распростершимся телом…
– Чточто? Ах, слишком быстро… Немного помолчу.
Замолк, вытаскивая зубами кинжал… Саидбей, кажется, дышал… Ну и черт с ним…
Укрепив кинжал между коленками, Алексей быстро разрезал путы…
– Можно продолжить, мой господин? Продолжаю… Итак, Галильпаша…
Подойдя к окну, он быстро распахнул ставни…
– Так… сейчас я постараюсь вспомнить… умм…
И быстро выскочив в окно, оказался в внутреннем дворике. В черном, усыпанном звездами небе ярко светила луна. Гдето рядом, за оградою, перекликалась ночная стража… А сверху вдруг послышался шум! Ага, сообразили, наконец…
– Держи! Держи его! Вон он!
Естественно, Алексей не стал их дожидаться, а, перемахнув через ограду, тут же и сдался мамлюкским стражникам:
– Именем султана! Ведите меня скорей к Ибрагимбею!
Преследователи, конечно, так и не появились. Умные. Но сделали глупость!
А после этого случая все пошло как по маслу. Как и рассчитывал Алексей, Ибрагимпаша отправил его с заданием к туркам. Следить, докладывать, создавать агентурную сеть. Вот это предложение было для протокуратора по вкусу!
Правда, выполнял его уже не он – верные люди, умело натравливавшие мамлюков на турок, особенно после смерти старого султана, когда власть, волею гвардии, сначала переметнулась к его глупому и жадному сыну Усману, а потом – почти сразу же – к флотоводцу Иналу. Но это уже впрямую Алексея не касалось, немного отдохнув, он отправился в новое путешествие – нужное и полное опасностей странствие в страну КараКоюнлу.
КараКоюнлу – так назывался туркменский род, когдато вытесненный из родных кочевий монголами и расселившийся в Северном Иране, Ираке, Азербайджане. КараКоюн – «Черный баран» – угрюмо смотрел с победоносных стягов правителей сего могущественного рода. Был
