И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
одеты – оба в джинсах, один – в серых, другой – в голубых, кроссовки, курточки – тоже стандартные турецкие джинсовки, бодлонки… у одного – с надписью «Гарвард Юниверсити» – ого себе, Гарвард Юниверсити! – у другого – портрет группы «Король и Шут». Ну надо же! «Король и Шут». «Если мясо мужики пивом запивали!» Алексей уж и не думал, что эту группу ктонибудь еще слушает, а вот на тебе! Сразу вспомнилось детство, пусть и детдомовское, в все равно, хорошие были времена… Может быть, потому, что люди в детском доме попались хорошие, с душой? Тот же Василий Филиппыч, воспитатель… Теперь, говорят, детей из детдомов стараются раздать по приемным семьям. Такое и раньше тоже было, но реже. Алексей даже и не представлял сейчас, захотел бы он в семью? Ну когда маленький, оно понятно… А когда пятнадцать? Нет, вряд ли. Лучше уж в детском доме, чем у чужихто людей. Да еще говорят, некоторые просто так детей берут, ради денег… Жлобы, блин…
Сложив купленные продукты в пакет, Алексей поблагодарил Василису и, выйдя на улицу, зашагал обратно к реке, не забыв прихватить спрятанные в кустах лук и стрелы. И ведь словно ктото ворожил нехорошо! Охота оказалась такой же неважной, как и рыбалка – не встретилось по пути ни глухаря, ни рябчика, даже утки – и той… Кстати, об утках. А ведь на Черном болоте их действительно много. Не в самой, конечно, трясине, а рядом, в камышах, в заводях… Идти, да, далековато. Зато – гарантированyо – с дичью! А естьто хочется. Значит – идти.
Оставив под навесом продукты, Алексей закинул на плечо лук и, сунув в пакет стрелы, отправился на охоту. Шел быстро – хотелось все же успеть вернуться до темноты. Хрустели на лесной тропе ветки, над головой шмыгали с ветки на ветку белки, гдето совсем рядом неутомимо стучал дятел – туктук, туктук, тук… Вот замолчал. Надоело? Или спугнул ктото?
Путник прислушался: да нет, вроде тихо. И снова зашагал дальше – благо уже не так уж и далеко оставалось, Курскую дугу прошел…
И, наконец, вот оно – болото. Слышно, как кричат кулики… А вот – коростель! А вот – выпь… Ну и конечно – утки! Вот они, уточки… крякрякря… А ну, плывитека сюда, плывите… Ого, как вас здесь много!
Спрятавшись в камышах, Алексей сглотнул слюну и наложил на тетиву стрелу. В том, что попадет – не сомневался. С десятито шагов?! Прицелился… Оп!!!
Есть! Вот она, уточка… А остальные, дурехи, не улетели – ну, как же, чай, не ружье, грома не слышно.
Теперь бы как бы добраться… Не утонуть бы самому… впрочем, не такая уж здесь и трясина… Лечь на камыши… ухватиться за ветку… Ага! Есть! Жирная какая! Счас ее с яблоками – чтоб запах тины убрать, с гречкой – от лишнего жира… Запечь в глине – пальчики оближешь!
Может, еще и вторую? Нет, стухнет. Лучше уж потом еще разок прийти… Как в магазин, ха! «Живая рыба»… то есть – живая дичь. Пока еще живая…
Алексей даже не понял – почему он их не заметил сразу? То ли слишком уж замечтался об ужине (кстати, и водочки еще с ночи осталось немножко), то ли они его специально ждали, затаились в ольшанyике… Теперь уж не важно…
– Здравствуйте!
Трое в форме!
Один – старший лейтенант – и два дюжих сержанта. Не местные, видать, из района прислали на помощь в поисках.
– Мальчишек двоих здесь нигде поблизости не видали?
– Мальчишек? Нет. А что, до сих пор не нашли?
– Да не нашли… А что это у вас – никак лук и стрелы?
– А что, не дозволяется? Я ведь ради спортивного интереса…
– Позвольте взглянуть?
– Да пожалуйста!
Лук перекочевал в руки старшего лейтенанта. Тот усмехнулся, прищурился… и вдруг жестко бросил:
– Хватай его, ребята! Он!
– Как хватай?
Алексей опешил, он и не собирался сопротивляться, хотя, может быть, и надо было б… А руки уже заломили за спину… щелк – наручники!!!
– Да как же это? Почему? За что? По…
В людях
…какому праву!
– По какому праву, спрашиваешь? – старший лейтенант недобро усмехнулся. – А вот пошли, посмотришь. Взглянешь, так сказать, на деяние своих рук… Вижу, из лука стрелять ты мастак. И не только по уткам…
– Иди, иди. – Один из сержантов грубо подтолкнул задержанного в спину. – Стрелок, блин…
Они лежали в пожухлой осенней траве, словно какиенибудь дрова – два детских трупа. Один – почемуто раздетый, с окровавленным горлом, у второго же торчала
