И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
от обложки которого то и дело отражались веселые солнечные зайчики. Отражались и прыгали прямо Лешке в лицо.
Юноша прищурился и, узнав в рыжем парне шофера молоковоза, вежливо поздоровался:
– Привет, Коля. Как жизнь?
– Бьет ключом! И все по голове, – пошутил водитель. – Ну, что, вытащил тракторто?
Лешка вздохнул:
– Пока нет. Вечером дядька Ваня Иваничев обещал на «дэтэшке» дернуть.
– На «дэтэшке». – Николай мрачно сплюнул наземь. – Тут не трактором, тут груженым «Камазом» надо. Хорошо заселто?
– Да уж, засел.
– Ну вот, я и говорю – «Камазом».
– «Камазом», – Лешка шмыгнул носом. – Где его только взять, «Камаз» – то? Ну, может, «Урал» лесовозный поедет… Да! Лесовозников и попрошу, если встречу.
– Лесовозников, – внезапно обозлился шофер. – Все дороги разбили, козлы, ни пройти ни проехать! А ремонтировать кто будет?
– Да, – согласно кивнув, Лешка присел рядом. Не так просто присел – с умыслом. Так же и разговор продолжал – похитрому, знал: Колька – парень несговорчивый, резкий, тут издалека начинать надо.
– Интересный журнал у тебя.
– А, «Плейбой», – Николай усмехнулся. – Братишка из города приехал – привез. Вот, думаю кабину украсить.
– О, да тут и машины, не только бабы, – Лешка заглянул в журнал. – Ни фига себе, тачки!
– Да уж, – философски изрек шофер. – Нам с тобой, Леха, на них ни в жисть не заработать. А вот какаянибудь… – Он выругался. – Вон, пишут – одной дорогущую тачку подарили, другой… И за что, спрашивается? Да за красивую задницу, больше ни за что! Во, блин, уроды. Тут пашешь, пашешь – весь в мыле – а на зарплату смотреть тошно.
– Ну, уж намто с тобой никто тачку не подарит, не думай, даже и ждать нечего, – засмеялся Лешка и, посчитав прелюдию законченной, наконец, задал главный вопрос:
– Коль, а ты сейчас с фермы или на ферму?
– На ферму. Вот, зоотехника с почты дождусь – и поеду.
– А назад во сколько поедешь?
– Да через час гдето.
– До повертки подкинешь?
– Давай… Только ждать не буду – ты вот здесь, на крылечке сиди, ладно?
– Конечно! – Лешка обрадовано подпрыгнул. – Короче, я это, по делам побегу… Так не забудешь остановиться?
– Да не забуду, отстань.
Уговорившись с шофером, Лешка быстрым шагом обогнул трехэтажки и, перейдя по разбитым мосткам неширокий ручей, остановился перед длинным забором из сетки – рабицы. За забором произрастали аккуратно подстриженные смородиновые кусты, за которыми наблюдалась выложенная плиткой дорожка, ведущая к небольшому дачному домику с белыми резными наличниками и крышей из нержавейки. Красивенький такой был домик, как с картинки из глянцевого журнала. Рядом с домиком стоял новый белый автомобиль «шевроле – ланос», не такая уж и крутая тачка, вокруг которой, вооружившись тряпкой, бегала немолодая уже женщина в широкополой шляпе, красном лифчике и серых мешковатых шортах. Дачница.
– Здрасьте! – Лешка подошел к воротам и на всякий случай спросил, в каком доме живет бабка Федотиха.
– Федотиха? – дачница улыбнулась. – А воон ее изба, у леса. Видите?
– Да вижу, спасибо.
Изба бабки Федотихи – добротный, серый, рубленный в лапу, дом под шиферной крышей – была окружена дощатым забором, поверх которого угрожающе поблескивала на солнце колючая проволока. Висевшая на калитке табличка, грозно предупреждавшая – «Осторожно, злая собака», – ничуть не напугала Лешку, со слов Ваничева он знал уже, что никакой собаки у бабки нет, а табличка рассчитана на чужих. За калиткой, на дворе у просторной, пристроенной к дому веранды, стояла бабкина машина – красная «Таврия», что было хорошим знаком – значит, Федотиха дома, а не уехала в город сдавать перекупщикам принятые у местных ягоды и грибы.
Обойдя машину, Лешка подошел к веранде и постучал в окно:
– Есть ктонибудь?
– Идуиду, – послышался приветливый женский голос. Дверь отворилась, и вышедшая на двор хозяйка внимательно осмотрела незваного гостя вдруг ставшим подозрительным взглядом:
– Чегой без корзинкито? Аль где оставил? Чернику принес, лисички?
– Да нет, – улыбнулся Лешка. – Мне бы спирту чуток.
– Спирту?! – зло переспросила Федотиха. – А кто это тебе сказал, что я спиртом торгую?
– Дядя Ваня Иваничев.
– Ванька? Врет, паразит!
– Так значит, нету?
– Нету, нету, – бабка замахала руками. – И не было никогда. Иди, иди отсюда, милок, да боле не приходи. Ишь, чего захотел, спирту!
– Ну…
Враз погрустневший Лешка не знал, чего теперь и делать. Без спирта его точно никто вытаскивать не будет! У кого ж купить? Во! У Рашида в медпункте взять, на время – тамто уж наверняка есть. А потом вернуть – купить гденибудь, кажется, в трехэтажках ктото торгует, узнать бы точно – кто.
– Эй, парень, – у самой
