И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
объятиями:
– Что вы говорите? Артиллеристы? Мастера? Делаете пушки? Отлично, отлично – нам такие нужны. Жалованье вам положим… ммм… немалое! Не бойтесь, не бойтесь, не обидим и не обманем. Но сначала проверим – что вы за умельцы? К нам ведь много кто приходит, знаете ли. И все почемуто хотят денег – дай, дай! А умеют ли что? Вот, как вы… То покуда не ясно.
– Хорошо, проверяйте, – поклонившись, отозвался Алексей. – Скажите только, куда и в какое время нам явиться… и возможно ли будет сразу после проверки получить хотя бы часть жалованья?
Караджанэффенди часточасто закивал:
– Вот, об этом сейчас и поговорим.
Все устроилось как нельзя лучше – пушкари экзамен выдержали, и даже очень неплохо выдержали, как им под большим секретом сообщил вечером Караджанэффенди – сам султан удостоил их похвалы. Правда, пока еще не лично.
– То великая честь, господа! – хитро щурился начальник. – Но если вы еще примете ислам… Это далеко не каждому дозволяют, позвольте заметить! Далеко, далеко не каждому. Где вы поселились? Ах, у Фарраша… Знаю, знаю старого прощелыгу. Наверняка дерет с вас втридорога. Сколько вы ему платите? Ну! Что я говорил?
Укрепив свое положение еще и тщательным изучением основ ислама – один мулла, добрый знакомый Караджанаэффенди, организовал для ренегатов нечто вроде курсов, не бесплатных, конечно – Алексей начал искать подходы к гарему: связаться с Анисией… тьфу – с красавицей Фирузой. Сначала хотелось встретиться с ней, а уже потом – с агентами тайной службы, протопроедр не знал из них никого лично, а значит – не оченьто доверял. Кто его знает, быть может, весь заговор уже под контролем султана? Или – что, наверное, еще хуже – того самого неведомого братца АнисииФирузы! Вот как раз об этомто братце, будущем (не дай, Боже!) султане Селиме, и рассчитывал разузнать Алексей. Разузнать именно от Анисии. Как? Наметки уже были. Осталось малое – встретиться с Фирузой, для чего проникнуть в султанский гарем… охраняемый тщательнее, чем арсенал или казна.
Подумав, Алексей начал издалека – с птичьего рынка, куда отправился в ближайшее воскресенье. Рынок, где, кроме птиц, торговали всякой прочей живностью, а также – немного – рабами, располагался на восточной окраине города, почти у самых ворот. Шум и гам, уж конечно, распространялся почти на весь квартал – спрашивать дорогу и не пришлось, и без того все было ясно.
Протопроедр шатался там три часа – заговаривал с продавцами, покупателями, приценивался, торговался, присматривался… Даже пару раз задал прямой вопрос – о некоем евнухе Джабраиле, большом обожателе птиц. Увы, никто такого не знал. Или – просто не говорили? Боялись?
Почувствовав себя немного уставшим, Алексей заглянул в ближайшую корчму… увы, по шариатским законам вина в ней не подавали, пришлось давиться холодным щербетом. Осторожненько поговорил со служкой, потом – с хозяином, мосластым длинноусым турком с носом, как у коршуна.
Нет! Никто никакого евнуха здесь не видел!
– Я чужестранец. – Алексей мило улыбнулся хозяину харчевни. – Приехал по приглашению его величества султана… А нет ли городе места, где собираются ученые люди? Странствующие дервиши, поэты, суфии?
– Суфии? – Турок хохотнул. – У старого рынка есть одна улочка. Спросишь корчму одноглазого Факиха. Там найдешь своих суфиев!
Корчма одноглазого Факифа у старого рынка! Молодой человек поспешал туда со всех ног. Кажется, другой евнух, Хосров, был известен, как поэтмистик. В том, другом, мире. А, может быть, здесь вообще нет таких евнухов? Ни Хосрова, ни Джабраила? Тогда, как ни крути, а придется идти на встречу с агентами – должны же они хоть както связываться с Фирузой!
Корчму Факифа показали сразу пробегавшие мимо мальчишки. При этом засмеялись и, перешептываясь, долго смотрели вслед, и у Алексея было впечатление – что парни покрутили бы пальцем у виска, ежели б знали такой жест. Странно… Хотя – чего странногото? Это суфии – странные. И тот, кто их ищет. То же еще – поэтмистик. Философ, мать его за ногу!
– Досточтимого Факифа вы ищете, господин? – выглянувший из калитки чернокожий слуга в ослепительно белом тюрбане подозрительно уставился на посетителя.
Да, что и говорить, не оченьто гостеприимной оказалась корчма – похоже, не всех сюда пускали.
– Прошу извинить… – негр приложил руку к сердцу. – А вы когонибудь знаете из наших постоянных гостей?
Протопроедр развел руками:
– Увы, я всего лишь приезжий. Ищу здесь достойного общества… Ученых людей.
– Ученых людей… – негр пожевал губами и вдруг выдал в стихах:
Они забыли о себе. Но все же,
Непосвященный, ты к ним не войдешь.
Саади! –
