И даже в страшном сне не могло привидеться будущему студенту факультета социальных наук Лешке все то, что случится в один из жарких августовских деньков на Черном болоте. Плен, рабство, побег — и постепенное осознание того, что невероятный разрыв времен зашвырнул юношу в самое темное средневековье.
Авторы: Посняков Андрей
будет, – владелец судна вздохнул. – А у меня? Ведь совсем скоро гавань.
– Вот именно!
– Ну, тогда я пока вас оставлю, – поднялся изза стола шкипер. – Сидите, изучайте судовую книгу, меня найдете на корме, у румпеля.
Он вышел, тщательно прикрыв за собой дверь, и почти сразу же в каюту заглянул Саид:
– Хозяин велел принести вам судовую книгу, – он протянул увесистый пергаментный том. Вот она.
– Еще нам, наверное, понадобится бумага или папирус… Ну и чем писать – карандаш, авторучка, перо.
– Сделаем.
Не прошло и пары минут, как Саид доставил указанное. Ну, не авторучку, конечно, а куриное перо с чернильницей из какогото красивого переливчатого камня.
Все трое – Георгия шкипер пока не задерживал, но и выходить из каюты не рекомендовал – принялись изучать пассажиров. Ну, что тут можно было сказать?
– Сто десять человек! – в отчаянии воскликнул Георгий. – Сто десять! Это ж нам вовек не разобраться, тем более – за два дня.
Владос молчал, но было видно – согласен с подобным выводом.
– Ничего, парни! – нервно хохотнул Лешка. – Ничего! Как говорил один хороший человек – глаза боятся, руки делают. Для начала разобьем всех пассажиров по группам. Купцов – в один список, паломников – в другой, ну и так далее… Георгий, бери перо!
– А кто вместе записан? – подняв глаза, спросил юноша. – Ну, как, к примеру, на этой странице. Вот смотрите – одиннадцать человек, все сели в какомто селе неподалеку от Трапезунда – вроде бы вместе. Но – один купец, двое плотников, третий – вообще банкир! Их куда писать? По месту посадки или по роду занятий?
– А, и туда, и сюда, – подумав, махнул рукой Лешка. – Ты пока пиши, а там поглядим.
Георгий пожал плечами:
– Ну, как знаете…
Работа закипела и, ко всеобщему удивлению, сладилась довольно быстро. Не прошло и пары часов, как все сто десять человек уместились в несколько списков, по роду занятий, месту жительства, месту посадки на корабль и классу путешествия. Первый класс – кормовые каюты, второй – палуба, ну а третий – трюм.
– Интересно, – задумчиво промолвил Лешка. – Допустим, «Дойная корова» направляется из Трапезунда в Константинополь…
– Без захода в Синоп, поскольку там турки…
– Без захода в Синоп. Ну, взяли в Трапезунде грузы, запасы продуктов и пресной воды, короче – все необходимое. Тогда вопрос – а зачем тогда шкиперу заворачивать к разным там деревням? Это ж не развозуха, а коммерческое судно.
– А он и не заворачивает никуда, – Владос с Георгием пожали плечами. – Просто плывет себе вдоль берега.
– А как же деревенские пассажиры?
Парни переглянулись и громко захохотали. Смеялись долго, до слез, даже вечно серьезный и набожный Георгий, не говоря уже о Владосе.
– Чего ржетето? – обиделся Лешка. – Вот лошади! Мой вопрос вы, кстати, проигнорировали.
– Какой вопрос? Ах, о пассажирах. Они, Алексей, на лодочках к кораблю добираются… ну вот, как мы!
– Господи! – Лешка постучал себя по голове. – Ну я и дурень! Это ж надо – до такой простой вещи не додумался.
– Ладно, – махнул рукой Георгий. – Давайте смотреть, что получилось. Нет ли где чего подозрительного? Скажем, вот – двое купцов. Оба плывут из Трапезунда, оба везут с собой товар – апельсины, один и тот же товар – а плывут поразному. Один – в каюте, а другой даже не на палубе – в трюме! Ну, скажите на милость, зачем честному человеку прятаться ото всех в душном трюме? Значит, он чегото или: когото боится.
– Или простонапросто жмот – экономит деньги.
– Или за апельсинами своими приглядывает, боится, что украдут.
– Ну, тогда я не знаю, – Георгий почесал голову. – Ну, кто тут еще подозрительный?
Лешка усмехнулся:
– Уж конечно, так сразу не скажешь. Думать надо, анализировать, сопоставлять. Вот ты, Георгий, как раз этим и займешься. Мы к тебе в темницу… в смысле, в каюту – постоянно заходить будем, так сказать, держать в курсе, ну а ты размышляй.
– Постараюсь, с Божьею помощью.
– А такую поговорку знаешь – на Бога надейся, а сам не плошай?
– Да ну вас, думать только мешаете!
– Ничего – ничего, Жорик, скоро тебя никто не будет по пустякам отвлекать!
Георгий посмотрел в стену:
– Вот что, братцы. Я, конечно, постараюсь, но и вы дурака не валяйте! Ведь портолан мне подсунули – факт! А нука, вспомните, кто вокруг вас ошивался, пока я на корму ходил?
– Да вроде никто не ошивался, – пожал плечами Владос. – Я, правда, дремал, не видел.
– А ты, Алексей?
Лешка пожал плечами:
– Да никто… Постойте! Парень один подходил, монашек. Попить спрашивал…
– Попить? – вздрогнул Георгий. – И что ты ему дал?
– То, что и было – вино.
– Вино?! Так еще Великий пост не закончился!
– Какой еще пост? – лениво отмахнулся Лешка.
– Обычный пост.
