Когда знаменитый покоритель сердец герцог Джеред Мэндевилл сделал предложение юной Тессе Эстли, девушка решила, что сбылись ее самые сокровенные мечты. Как же она была наивна! Легкомысленному повесе просто понадобилась красивая, невинная невеста из достойной семьи, которая родит ему наследника — и уедет в сельское поместье, дабы никогда не вмешиваться в блестящую столичную жизнь мужа. Однако Тесса — не из тех женщин, которые с радостью принесут себя в жертву. Она влюблена в Мэндевилла до безумия и готова на все, чтобы покорить его сердце.
Авторы: Рэнни Карен
банальным замечанием, злобно-приземленным или изысканно-вежливым?» После нескольких томительных мгновений он заговорил.
— В Лондоне вы побываете много раз, он вам успеет надоесть. Но мой ребенок будет рожден в Киттридж-Хаусе, договорились?
— Конечно.
— И вы никогда больше не станете вмешиваться в мою жизнь?
Она кивнула.
— Тогда, Тесса, я буду старательным мужем.
Улыбка, которую он подарил ей, была на удивление торжествующей.
Тесса сидела за туалетным столиком, горничная стояла сзади и завязывала чепец, который будет покрывать ее волосы ночью. Они обе обернулись, когда вошел Джеред.
Знала ли она, что он стоял в коридоре, размышляя про себя, что мужья совсем не так ведут себя с женами? Ему надо было бы встретиться с ней за завтраком и указать, что более разумным будет составить расписание. Таким образом, она могла бы ожидать его по понедельникам и четвергам и, возможно, вечером по субботам, если у него не будет других дел. В таком случае было бы предостаточно возможностей произвести будущих наследников, при этом контролируя свои чувства, приводящие к опрометчивым поступкам — таким, как тот, который он совершал сейчас.
Он качнул головой, горничная отошла на шаг и снова посмотрела на свою хозяйку.
— Спасибо, Мэри.
Дверь тихонько закрылась.
— Не благодарите слуг, Тесса. В этом нет необходимости.
— А как же простая вежливость, Джеред?
— Тесса, мы платим им жалованье. Этого вполне достаточно.
Он пристально посмотрел на нее.
— Дорогая, вы не будете скучать по семье, если останетесь в Лондоне? — Он приподнял одним пальцем ее подбородок.
— Мои родители здесь. Их дом не так далеко, и трое младших братьев тоже с ними.
Это была новость, которая не слишком ему понравилась. Она смотрела на него, как будто изучая, — любопытный, оценивающий взгляд.
— А Гарри? Он все такой же развитой не по годам? — Его пальцы, похоже, завораживала каждая черточка ее лица. Она выглядела очаровательной, и все же не ее красота привлекала его в эту минуту. Может быть, то, как она улыбается?
— Джеред, ему уже больше не пять лет.
— А вы больше не девушка.
Она отвернулась и снова посмотрела в зеркало, пальцы пробежали по краю щетки с серебряной ручкой. Она не выдала ни словом, ни жестом, что почувствовала, услышав его слова. Он положил руки ей на плечи и понял, что она дрожит. Вожделение — внезапное, острое и дикое — вдруг охватило его.
— Вы помните нашу брачную ночь, Тесса? — вдруг спросил он, стараясь казаться беззаботным. Нечего было ожидать от этой женщины чего-то такого, чего бы он не испытывал с другими. Конечно, он постарается быть на высоте, но она окажется такой же, как любая другая женщина. Разве что поднимет руку в порыве нежности и проведет пальцами по его губам, заставляя его плоть содрогаться в ответ. И посмотрит на него вот так, как будто он был божеством и героем, единственной целью которого было приносить ей радость.
Она встала, облаченная в нежное персиковое кружево, струящееся до пола. Одной рукой она сжимала полы халата на груди, другой прижимала складки к ногам. И все же одно колено дерзко выглядывало из-под складок, ею округлость и розовый цвет выглядели соблазнительно. Его завораживали ее длинные ноги — сцены их брачной ночи терзали его много дней.
Она была помехой привычному укладу его жизни, препятствием, мешающим ему наслаждаться сезоном и обществом друзей, этакой острой иглой, колющей его совесть, шпорой для его чувствительности. Но она оставалась, в конце концов, всего лишь женой. А жены должны знать свое место. Ее место было в Киттридж-Хаусе. Сколько ей потребуется времени, чтобы это понять?
Он запустил пальцы в ее волосы, ощущая, как они нежно скользят по тыльной стороне его ладони.
Когда-то он считал ее хорошенькой. Но в этот момент она выглядела настоящей красавицей. От румянца ее кожа нежно светилась. Каштановые волосы беспорядочно разметались по плечам — непокорная масса спутанных локонов. Она выглядела как флорентийская Венера, только гораздо стройнее. Однако он знал, что не стоит вслух произносить подобные слова. Женщины сразу почувствуют мужскую слабину и сядут на шею.
— Вы весьма привлекательны, жена моя.
— Меня зовут Тесса, — сказала она тихо, располагающе.
Он прекрасно знал это. И готов был повторять это имя множество раз. Но теперь у него вновь появилось чувство, что следовало все-таки отослать ее назад, в Киттридж-Хаус.
Это была идеальная возможность разорвать тонкую нить, связывающую их. Следовало послать к черту ее наивность и задушить
