Когда знаменитый покоритель сердец герцог Джеред Мэндевилл сделал предложение юной Тессе Эстли, девушка решила, что сбылись ее самые сокровенные мечты. Как же она была наивна! Легкомысленному повесе просто понадобилась красивая, невинная невеста из достойной семьи, которая родит ему наследника — и уедет в сельское поместье, дабы никогда не вмешиваться в блестящую столичную жизнь мужа. Однако Тесса — не из тех женщин, которые с радостью принесут себя в жертву. Она влюблена в Мэндевилла до безумия и готова на все, чтобы покорить его сердце.
Авторы: Рэнни Карен
делам Индии нуждались в его рекомендациях, пока были люди, звавшие его в доки его величества, Стэнфорд Мэндевилл был абсолютно счастлив.
Итак, какого же черта он делает в Лондоне?
— Ты когда-нибудь разговаривал обстоятельно с Еленой Эстли, Джеред? — Дядя наблюдал за ним поверх сцепленных пальцев.
— Почему вы спрашиваете?
Он подошел к боковому столику, повернулся, взял графин и вопросительно посмотрел на дядю. Тот кивнул. Он налил два бокала, прошел к столу и подал один ему. Потом отошел к окну и стал смотреть в сад, не желая садиться напротив за свой собственный стол, как какой-то нашкодивший школьник.
— Ты должен признать, она очень привлекательная женщина. Когда-то я даже был влюблен в нее.
Джеред обернулся при этом признании.
— Так вы поэтому так решительно настаивали на моей женитьбе на ее дочери?
Дядя улыбнулся, глядя в свой бокал.
— Нет, Джеред. Я задолго до этого решил, что был бы несчастлив, женившись на Елене. Она довольно-таки упрямая женщина.
Джеред вспомнил свое столкновение с ней.
— Она передала эти черты своей дочери.
Дядя проигнорировал это его замечание.
— Елена написала мне позавчера, Джеред. Она совсем не в восторге от твоих поступков. Говорит, что ты делаешь ее дочь несчастной.
Джеред глотнул из своего бокала, глядя в окно на дорожку, ведущую от заднего входа в конюшню.
— Зачем жаловаться вам, дядя? Она же не думает, что вы имеете на меня какое-то влияние?
— Несмотря на то что мое положение несколько щекотливое, я думал, что делаю добро вам обоим. Я давал своей крестнице то, что, мне казалось, она хочет. И, возможно, этим немного обуздывал твою дикость.
Смех Джереда захлебнулся в горле, обжигающее виски проложило дорожку от его груди к носу.
— Мою дикость? — Он повернулся, со стуком поставил стакан на столик и взглянул на дверь, которая стояла как барьер, отделяющий от всего остального мира, одной рукой показывая в этом направлении. — Мою дикость? — повторил он, слова не торопились слетать с языка, сдерживаемые удивлением, раздражением, неверием. Те же самые эмоции он испытывал в присутствии своей жены. — Поищите мою жену, если хотите кого-то наказать, дядя. Она следует за мной везде! Она скачет верхом по лесу, цитируя детские сказки, она не перестает задавать вопросы от рассвета и до заката. У нее даже хватило безрассудства посетить мою любовницу! И это только малая часть ее проступков, а у вас хватает совести называть меня диким? Ха!
Он запустил обе руки в волосы и снова отвернулся к окну.
— Мне уже до смерти надоело носить ярлык дикаря только потому, что моя мать была шотландкой.
На лице Стэнфорда Мэндевилла появилось странное выражение — необычная смесь веселья и сострадания.
— Я не из-за этого называл тебя диким, Джеред, а из-за того, что случилось с тобой после ее смерти.
— Я не желаю говорить об этом.
— И поэтому ты прожигаешь свою жизнь? Не пора ли немного угомониться?
Джеред обернулся, удивление изогнуло его губы в искренней улыбке.
— Так вот что вы всегда думали? Моя жизнь не ограничивается одним событием. Если то, как я проживаю свою жизнь, не встречает вашего одобрения, то не изучайте ее так жадно. Ограничьте свои исследования тем, что касается строевого леса, мачт и чертежей кораблей. А меня оставьте в покое.
— Пока ты болтаешься на опасном мелководье?
— Я не какой-то там чертов корабль!
— Тогда кто ты, Джеред? И что ты собираешься делать со своей женой?
Тесса отошла от двери. Она не хотела слышать ответ Джереда. Не потому что подслушивала, просто такое было недостойно герцогини. Она не хотела знать о его планах относительно ее. Они, без сомнения, включали в себя ее ссылку в Киттридж-Хаус. И еще меньше она хотела слышать то, что он может сказать о своей подлинной натуре. Что он скажет? «Я никчемный человек, дядя. Я пропащая душа. Я человек, которого несло по течению и вдруг прибило к берегу любовью хорошей женщины».
«О, Тесса, не будь такой идиоткой!»
Она положила ладонь на дубовую дверь, желая, чтобы этот контакт с деревом мог хоть как-то упорядочить ее спутанные мысли. Он злился на нее и был в ярости на своего дядю. Почему тогда ей так хочется открыть дверь и утешить его? Хотя он не нуждался в этом, что было ясно из его слов.
Он не хотел ничего от нее.
Нет, возможно, это было неправильно. Иногда он спал в ее постели или она в его. В мягком свете рассвета они поворачивались друг к другу, предлагая друг другу утешение без слов.
И все же между ними все еще была пропасть, им явно не хватало взаимопонимания. Ей хотелось, чтобы он знал все мельчайшие подробности ее жизни, ее потребности, ее желания. Он охранял свой внутренний мир
