Пожиратель Кланов

ступени и не успев с ней освоиться, не собрав достаточно маны для приказов, которые имели бы решающую роль в бою на новом уровне, уставший, травмированный, я мог даже не думать о том, что у меня получится одолеть одарённого четвёртой ступени также, как я одолел Лишура.
Сейчас я должен был думать только о бегстве. Вот только каким образом это сделать, когда единственный выход был наглухо перекрыт сильнейшим из всех врагов, какие мне когда-либо встречались?
Ответ, на самом деле, был прост. Я должен был не сражаться самостоятельно, а стравить этого врага с равным ему по силе противником. И такой противник у меня, кажется, был.
После того, как я покрутился в непосредственной близи от стеклянных кубов, я понял: они не были одинаковыми. Помимо двух уже разрушенных мной ещё два были ровно такими же. Но последний, пятый, самый большой из всех, стоявший в самом углу ангара, “кубом” по сути не был.
Это просто были две стеклянных стенки от пола до самого потолка, спаянных со стенами самого зверинца. И, когда я пробегал мимо, то заметил в каменных стенках, потолке и полу внутри этой клетки множество небольших дырочек.
В тот момент мне это было не так важно. Но сейчас от того, насколько правильно я интерпретировал назначение этих отверстий, зависела моя жизнь. И мне очень хотелось, чтобы я не ошибся.
Забыв о всякой экономии, врубая приказы ускорения и силы так часто, как только мог, чувствуя, как перенапрягаются и рвутся мышцы в ногах, я устремился напрямую к этой клетке, разрывая, проламывая и раздирая попадающиеся на пути корни. И замедляться перед стеклом, преследуемый по пятам десятками огромных корней, я не собирался.
Наоборот, скрестив руки перед головой, наклонился вперёд. И, в последнюю секунду вложив приказ силы вообще во всё тело, протаранил прозрачную поверхность будто самая настоящая муха, врезающаяся в невидимое оконное стекло.
Вот только, в отличие от мухи, моя скорость в момент столкновения определённо зашкалила за полторы сотни километров в час. И, несмотря на то, что это стекло оказалось раза в два толще, чем в других кубах, такого надругательства над собой оно не выдержало.
Чувствуя, как ломаются кости рук, выходят из суставов плечи и вонзаются в кожу головы острые осколки, я пробил стеклянную стенку насквозь, влетев внутрь клетки. Судорожный инстинктивный вдох едва не отправил меня в объятья Морфея, концентрация дыма, вновь резко ставшего видимым и заволокшего всё пространство куба, здесь определённо была в разы выше, чем в клетках третьих эволюций.
И именно что “в клетках третьих эволюций”. Потому что тварь, без движения сидевшая, прислонившись спиной к одной из каменных стенок, определённо была на уровень выше слизняка-гориллы и сколопендры.
Раньше, пока она была внутри, а я был снаружи, я этого не чувствовал. Лишь видел, что в её теле “сердец” было больше, чем у остальных. Минимум в районе сорока. Даже больше, чем у того поглотителя, что я увидел в городе в первый день, как приехал в поместье Эллисы.
Но сейчас, когда мы оказались по одну сторону стекла, и монстр начал постепенно приходить в себя благодаря уменьшению концентрации дыма, я отчётливо ощутил эту разницу. Эта тварь, похожая на человека больше, чем большинство других экспонатов зверинца, только с четырьмя руками вместо двух, с головой, будто бы вросшей в плечи, и с ног до головы покрытая длинными, будто у йети, волосами, была определённо четвёртой эволюцией.
Мой расчёт оправдался: дырочки в стенах её клетки были не просто украшением, через них внутрь поступал тот самый дым. Вторым эволюциям, похоже, было достаточно просто окуривания или, возможно, какой-нибудь инъекции. Третьи нужно было держать в герметичных аквариумах с седативным дымом.
Четвёртую эволюцию было необходимо накачивать этим дымом на постоянной основе и в огромных количествах, чтобы она оставалась в пассивном состоянии. И, стоило мне понизить плотность усыпляющего тумана, как великан тут же проснулся и начал вставать.
— ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ?! — раздался сзади разъярённый рык.
В следующую секунду из пола камеры проросли десятки корней. Какие-то опутали и сдавили меня, какие-то попытались закупорить проделанную мной дыру, какие-то устремились к четвёртой эволюции.
Вот только это уже было бесполезно. Хотя из-за тумана я не мог этого увидеть, но отчётливо слышал, как трескается и лопается стеклянная стена. Просто заткнув отверстие в ней, проблему было не решить.
А затем великан, которого я мог видеть через своё чутьё червей, похоже, вернувший минимальный контроль над своим телом, поднял обе левых руки и просто махнул ими вбок. И мелодичный звон многих тонн посыпавшегося на землю стекла стал