Пожиратель Кланов

принять вызов, и до того, как все присутствующие реально согласились на это, прошло сильно больше двух часов.
Большинство высокопоставленных членов клана, выступавших за свадьбу Эллисы с Саларом и слияние с Вирго, была убита мной. Но всё равно убедить лояльных баронессе стариков в возможности победы над двумя герцогскими семьями оказалось той ещё задачей. Тем более что им я, разумеется, не мог рассказать о том, на чём основывается моя уверенность.
Хватало и того, что о моём попаданчестве знали Эллиса, Эрик, Морнон, Шиито и теперь ещё Тириан. Добавлять в этот список новых людей мне хотелось в последнюю очередь.
К счастью, баронесса и Морнон мне активно помогали. Пришлось искать аргументы. Например такой, что бегство будет означать предательство их бога, а также всего многовекового наследия клана. Или такой, что бежать в принципе было некуда, ведь с севера и запада Тхалсу поджимали захваченные империей территории, а с юга и востока — те самые дикие земли, полные чудовищ и монстров. Ну или в конце концов такой, что во многом именно из-за Экандуга и Самдаль после смерти отца Эллисы клан так резко и стремительно полетел в бездну и это — последний шанс расквитаться.
И в совокупности эти доводы всё-таки возымели эффект. Со скрипом, множеством недовольств и препирательств, но семеро старейшин всё-таки согласились принять мою помощь.
М-да… если действительно стану главой этого клана, обязательно сменю формат правления на тиранию. Два часа талдычить кучке старичков: “Ну, пожалуйста, дайте мне вам помочь!” — занятие настолько идиотское и контрпродуктивное, что аж блевать захотелось.
К сожалению, пока что главой клана всё-таки была Эллиса. А у неё не было достаточно силы, чтобы хорошенько стукнуть кулаком по столу и просто приказать этим старым маразматикам её слугаться.
Правда, это я собирался исправить. Даже если я сожру Тизена и смогу перенять его Дар вместе с контролем над кланом, официально Эллиса останется его лидером. Я в этой ситуации стану богом-покровителем и, разумеется, последнее слово будет за мной.
Но в мирской жизни козырять направо и налево своей божественностью всё-таки будет не с руки. К тому же даже не факт, что я в принципе смогу оставаться среди обычных людей из-за правил, установленных в Тейе истинными богами.
Так что, если я не собирался действительно брать Эллису в жёны, то мне было реально необходимо, чтобы она заполучила значительную личную силу. Наследственность-наследственностью, но, чтобы иметь возможность сохранять в своих руках власть, не было ничего лучше, чем обладание самой тяжёлой дубиной в комнате.
Благо, война кланов и Правило сильнейшей маны должны были мне в этом отлично помочь. Насколько я понял, тут работал принцип последнего удара. Можно было как угодно избивать врага, до полусмерти его довести, но ману получит лишь тот, кто действительно убил.
Так что я собирался притаскивать Эллисе полумёртвые вторые и, возможно, третьи ступени до тех пор, пока она бы не перескочила на следующий уровень.
Однако до этого ещё нужно было дожить. Экандуга и Самдаль “великодушно” дали Тизен неделю на раздумья. И мы собирались тянуть до последнего, чтобы успеть как можно лучше подготовиться к войне.
Потому что первым, что наверняка сделают Самдаль и Экандуга — это заявятся в поместье, чтобы сравнять его с землёй.
И это было вполне логично, на самом деле, хоть и дико предсказуемо. С таким численным перевесом не было никакой необходимости в каких-то глобальных стратегиях или тонких планах. По крайней мере вначале, до того, как мы показали бы им кузькину мать и заставили сомневаться в своих силах.
Так что в эти семь дней поместье клана Тизен начало активную подготовку к настоящей осаде. Заколачивались окна, укреплялись двери, скупались противоядия и оружие, прочь из города, чтобы не пострадали, отправлялись слуги.
Также, после некоторых обсуждений, было решено отпустить на все четыре стороны всех желающих того благословлённых. В бою против третьих ступеней они бы всё равно ничего особого не сделали, только под ногами мешались, а отдавать врагу, считай, халявную ману было всё-таки жалко. В итоге из трёх сотен благословлённых Тизен почти двести слиняли.
Ну, что же, я предпочитал считать, что это было своеобразной чисткой. Те, кто остались, конечно, не факт, что покажут в бою какую-то феноменальную доблесть, но по крайней мере, если выживут, станут настоящим костяком обновлённого клана Тизен.
И очень хотелось бы, чтобы выжило побольше народу. Править полутора калеками было такой себе перспективой.
Я сам тоже не прохлаждался. В подготовке поместья почти не участвовал, но мои сутки и так были расписаны