В службу охраны Корпорации брали тех, кто где-либо воевал или служил в элитных войсках (Спецназ, зеленые береты и т.п.). Я вошел в число немногочисленных исключений. Когда компьютер, на котором меня тестировали, выдал оценку «супер», а инструктор по рукопашному бою из трех схваток две проиграл, меня направили на строжайшую медкомиссию.
Авторы: Воронин Константин
в магазин, купил бутылку водки, налил в пластмассовый стаканчик.
— Выпей, Котенок. Ничего страшного не произошло. Одним подонком на свете стало меньше. Хлебни водочки, чтобы напряг снять. Я с тобой, ты со мной. И все замечательно.
— Я думала, что ты это не всерьез сказал. Там, на причале. Когда сказал, что убивать их будешь,- Катя проглотила водку, выдохнула, на глаза навернулись слезы,- ты их вправду мог всех убить?
— Если бы я их не поубивал, они могли бы убить или покалечить меня, — оттер слезы с Катиных щек,- и, что много хуже — тебя. Все, успокоилась?
— Да. Люблю тебя.
— Аналогично, солнышко мое. Пойдем к Петровым.
«Теперь, когда Катя успокоилась, и Ольга будет меньше волноваться». Больше всего я боялся повредить будущему ребенку Петровых. Ведь волнение матери передается даже не родившемуся малышу. Поэтому все происшествие я описал, как мелкую стычку с хулиганами. Когда мы с Веней курили на крыльце, у калитки остановилась полицейская машина. Один коп остался в машине, второй прошел во двор и подошел к нам.
— Бандюков отправили в Новгород, в тюрьму. Туда же и жмура. На предварительном допросе они все рассказали: как на озере на вас напали, как задумали у причала напасть. Клянутся, что хотели только покалечить. Ну, да судья разберется, он у нас таких не жалует. Дело в том, что двое из шайки остались на свободе. Им предъявить, пока что, особо нечего. И где они сейчас, никто не знает. Все же, будьте осторожны. Мало ли, отомстить вздумают.
— С двумя-то управлюсь.
— Я тоже так думаю. Но, если увидите их, сообщите, по возможности, нам. Мы их возьмем в оборот. Они оба были на озере, показания двух других подельников свидетельствуют против них. Можно взять за шкирку и потрясти для острастки.
— Хорошо, если увижу, доставлю к вам.
Полицейские уехали. Веня посмотрел на меня.
— Все ведь было немного иначе, чем ты нам рассказал? И покойничек откуда?
— Веня, ну нельзя же Ольгу волновать. Зато теперь в городке будет спокойно.
— Спасибо тебе от имени всех горожан. Я серьезно.
— Ерунда. Работа у меня такая.
Сели поужинать. Оля нажарила мяса. Уплетали за обе щеки, запивая красным вином. После ужина расположились снова на веранде. Ольга, сидя в кресле, вязала крошечные пинетки. Веня играл на гитаре, потихоньку напевая. Катюша сидела рядом со мной, положив голову мне на плечо.
— Хорошо-то как,- вздохнула она,- только вот, почему-то немного грустно,- подняла голову с моего плеча, словно к чему-то прислушиваясь.
Невдалеке раздался сухой щелчок. «Двадцать второй калибр»,- отметил я про себя, машинально. Катя вздрогнула, ее тело навалилось на меня, стремительно тяжелея. Знакомая тяжесть неживого тела.
— Веня, Олю — в дом! — И Веня, не задавая вопросов, подхватил жену, исчез в доме. Я бережно опустил Катю на пол. На виске ее была маленькая дырочка с венчиком крови вокруг.
Прыжком влетев в дом, сорвал со стены двустволку и патронташ. На бегу переломил ружье. Перепрыгнул через невысокий заборчик. Стрелять могли только из двухэтажного недостроенного коттеджа неподалеку. Так, зеленая полоска на патронташе — патроны с мелкой дробью; красная полоска — пулевые и с картечью. Ружье заряжено, курки взведены.
Задачу мне облегчили. Нервы у бандитов сдали и они, выскочив из коттеджа, бросились наутек. Здоровяк на бегу сильно прихрамывал и отставал. Впереди бежал тот, что с винтовкой. На винтовке — оптический прицел. На бегу я сунул себе в рот пару патронов и отбросил патронташ.
Расстояние между нами стремительно сокращалось. Убийца повернулся, вскинул винтовку. Над ухом у меня противно зыкнуло. Промахнувшись, он замер на мгновение, решая, то ли бежать дальше, то ли перезарядить винтовку.
Плотно прижав приклад к плечу, я спустил сразу оба курка. Отдача была непривычно сильной. Человек с винтовкой сразу стал намного короче. Череп ему разнесло вдребезги. Перезарядив ружье, без особого труда догнал хромого. Услышав меня за своей спиной, он остановился, повернул ко мне помертвевшее лицо и рухнул на колени.
— Не убивай, не надо, это не я, это Санек Хам,- из угла рта стекала струйка слюны, толстые, здоровенные руки тряслись. Остановившись в трех шагах от него, поднял ружье. По улице, завывая сиреной, неслась к нам полицейская машина. Медленно, медленно неслась. Двустволка дернулась от выстрела дуплетом. Отвернувшись от трупа, я побрел к дому. Ко мне бежал Веня, Сзади что-то орали полицейские. Протянув Вене ружье, я прошел через распахнутую калитку, поднялся на веранду. В дверях кухни, закусив кулак, стояла Ольга.
— Оля, ты не волнуйся, подумай о малышке, тебе ее беречь надо.
Наклонился
