В службу охраны Корпорации брали тех, кто где-либо воевал или служил в элитных войсках (Спецназ, зеленые береты и т.п.). Я вошел в число немногочисленных исключений. Когда компьютер, на котором меня тестировали, выдал оценку «супер», а инструктор по рукопашному бою из трех схваток две проиграл, меня направили на строжайшую медкомиссию.
Авторы: Воронин Константин
был заминирован.
— Я сейчас пройду через этот проход. С другого конца, если все в порядке, мигну фонарем. Входить будете по одному. Один идет по проходу, остальные ждут пока он дойдет до конца. Только тогда, и не раньше, в проход зайдет следующий. Все поняли?
Движимый чем-то безотчетным, я снял с плеча автомат и протянул его ближайшему солдату. Медленным шагом вошел под низкий свод. За спиной стояла такая напряженная тишина, что было слышно, как сопит один из солдат. Мое состояние тревоги передалось и другим. Нервы натянулись, как струны. Но, не останавливаясь, спокойным бесшумным шагом я дошел до середины тоннеля. До сих пор не знаю, что-то услышал или что-то почувствовал. Это было из области паранормальных явлений. Мозг и тело сработали на автоматизме, за гранью сознания. Бешенным рывком кинулся вперед, Запнулся обо что-то. Выставив скрещенные руки перед собой, сделал кувырок через голову и по инерции пробежал несколько шагов, уже находясь за пределами тоннеля. Это были те микросекунды, которые растягиваются в минуты. Хорошо, пусть лучше смеются над своим командиром, чем…
Никто не смеялся. Потому что позади бухнуло, грохнуло, ухнуло. Пелена тончайшей пыли окутала меня. Пыль полезла в глаза, в ноздри. И стала медленно оседать.
Прохода не было. По его контуру тянулась тонкая паутинообразная трещина. Туда не войдет даже кончик лезвия ножа. Как будто кто-то долго и старательно подгонял каменную пробку и плотно закупорил ею тоннель.
— Второй, я — первый. Отзовись,- стараясь говорить как можно спокойнее, произнес в микрофон. В ответ — тишина.
— Второй, ответь первому,- почти выкрикнул я и эхо гулко отозвалось где-то наверху. Посмотрел на индикатор микрофона. Крошечная лампочка горела ровным зеленым светом. Ну, не могут двадцать метров каменной породы прервать радиосвязь. Даже, если засыпало всю первую пещеру до самого выхода из нее, все равно Уэстли бы откликнулся. Не экранирована же эта пещера! Вот фонарь освещает обычный камень а не алюминиевую фольгу. Еще пару раз попытавшись установить радиосвязь, я вздохнул, присел на корточки и закурил сигарету. Воздух был довольно свежим, после того как пыль осела. Похоже, я нахожусь в громадной пещере. Извечный вопрос от дяди Коли Чернышевского. Ждать пока выручат? Без радиосвязи — дело сомнительное. Не зная завалена первая пещера или нет. И не имея возможности сообщить о том, что жив. Геологоразведочные роботы бурят, самое большее на 15 метров в глубину. Тяжелая техника прибудет не раньше, чем через два-три месяца. Прорвутся сюда, чтобы полюбоваться моим иссохшим скелетом. Если взрывать породу сейчас, то выгребать ее, кроме как вручную, нечем. Да и сможет ли наш сапер точно все рассчитать?
Выбираться самому? Куда? Была бы карта здешних подземелий, был бы и шанс. Но попытаться найти выход придется. Не сидеть же, сложа руки, и оплакивая свою горькую судьбину. Умереть всегда успею. Пока есть силы, будем взбивать сметану в масло (см. притчу о лягушке, упавшей в горшок со сметаной).
На поясе фляга с водой, нож, «Кольт» с запасной обоймой, две ручных гранаты. Аккумуляторов в нагрудном фонаре и в фонаре на шлеме хватит на три месяца. За это время успею сдохнуть или от голода, или от жажды. В набедренных карманах лежит сухой паек — четыре плитки пеммикана — сушеного мяса, перемешанного с изюмом и орехами. Можно растянуть на неделю. Потом, если не научусь глодать булыжники, наступит голодная смерть. Но воды во фляжке на неделю не хватит. От силы дня на три-четыре. Так что в запасе у меня не более четырех дней. Ну, пяти. Что еще имеем? Пачка сигарет с зажигалкой. В карманах бронежилета — два магазина к автомату. Которого сейчас нет. Выкинуть ненужный груз? Тут запротестовало все мое десантное естество. Патроны выбрасывать?! Да, бывают случаи, когда за половину «рожка» полцарства отдашь! А то и целое! Десяток патронов, порой, решает вопрос: жить или не жить? Нет, попру с собой. Погоды такой груз не сделает.
Все. Нечего рассиживаться. Потопали, время не ждет. Главное — правило левой руки. Если хочешь выйти из лабиринта, иди, все время касаясь стены левой рукой. И выйдешь. Я не стал стирать пальцы левой руки о камень стены. Просто шел, освещая пол перед собой и стену слева от себя. Изредка останавливался, светил вправо. Ничего примечательного не видел. Каменный пол, крупные и мелкие камни. Глазу зацепиться не за что. Когда прошел около километра, в душу вполз страх. А что, если эта пещера имела единственный выход — через заваленный тоннель? Тогда — ложись и задирай лапки кверху. И, спасая меня от тихой паники, стена круто повернула влево. Этот выход из пещеры был «шикарным» — метров десять в ширину и немерянной высоты. Может быть, поискать еще выходы?
