В службу охраны Корпорации брали тех, кто где-либо воевал или служил в элитных войсках (Спецназ, зеленые береты и т.п.). Я вошел в число немногочисленных исключений. Когда компьютер, на котором меня тестировали, выдал оценку «супер», а инструктор по рукопашному бою из трех схваток две проиграл, меня направили на строжайшую медкомиссию.
Авторы: Воронин Константин
Раз в три года члены клуба устраивают что-то вроде исторической игры. Надевают рыцарские доспехи и, разбившись на две группы, сражаются между собой. Сражаются — громко сказано. После нескольких серьезных травм, еще во времена далекие, доспехи, мечи, топоры стали пластмассовыми, с высокой степенью имитации. Впрочем, доспехи могут быть и металлическими, как, например, у меня. Но пластмассовые и легче, и дешевле. Противники сходятся на поле, при огромном стечении зрителей и минут тридцать-сорок усердно машут своим оружием. После чего одна сторона признается судьями побежденной. Тогда начинают пить вино, поедать зажаренного на вертеле быка (настоящего), петь песни и плясать. Вот такая забава для банкиров, предпринимателей и просто рантье, каждый из которых, как минимум, баронет. Для людей, чьи родословные насчитывают не одну сотню лет.
Исключение делается только для глубоких старцев и тяжелобольных людей. Все остальные обязаны принимать участие в игре. Это священная обязанность для членов клуба. А поскольку дата игры известна заранее, каждый располагает временем, чтобы отменить, перенести деловые встречи, решить свои проблемы и тому подобное.
Но! Девушка, расположения которой я добивался два года, назначила мне встречу на тот день и час, когда состоится игра. Она должна дать мне ответ, согласится ли стать моей женой. Попросить ее перенести время встречи я не могу. Вы же знаете, что в таких случаях говорят девушки: «Выбирайте, или я, или ваша дурацкая игра». Особенно, красивые девушки. Так что тут тоже дело чести. Нельзя же не прийти к ней?! Отправить вас вместо себя на встречу с девушкой я не могу. А вот заменить меня в рыцарской игре вы вполне могли бы. На поле участники игры заранее расставляют свои шатры, где они облачаются в доспехи. Вы с Шортером приедете пораньше, войдете в шатер и выйдете оттуда уже в доспехах с гербом Гамильтонов. Сразу после сражения, когда победители и побежденные с криками вздымают вверх оружие, зрители кидаются на поле. В такой сумятице вам не составит труда проскользнуть в шатер и снять доспехи. Мое отсутствие возле бочек с вином и вертела с быком не скоро будет замечено. А вечером в клубе я объясню, что растянул связку и заторопился домой, чтобы доктор наложил повязку. Каков план?
— А почему бы вам не сказаться больным?
— Что, вы, что, вы! Во-первых, надо быть серьезно больным, даже с насморком и кашлем участвуют в игре. У кого повышенное давление, неважно с сердцем, те выступают в роли судей, герольдов, оруженосцев. На поле обязательно присутствует несколько врачей и пара машин «Скорой помощи». Во- вторых, пришлют клубного врача, симуляция всплывет наружу, а это — позор. После такого — лучше стреляться сразу.
— Хорошо, а как быть с вопросом чести, когда вы посылаете меня вместо себя?
— Герб Гамильтонов должен быть на поле битвы. Он там будет. Я посылаю вместо себя заслуженного боевого офицера, а не какого-то наемного актера. В вопросах чести, порой, важно соблюдение внешних приличий. Вы моего роста и почти моего телосложения. Под забралом никто не увидит вашего лица. Шлем искажает звук голоса. Сегодня — среда. Игра состоится в субботу. До этого времени я успею вам подробно объяснить все тонкости, чтобы вы ничем себя не выдали.
— А если бы вы не встретили меня на «Баварии»?..
— Я был в отчаянии. И тут Господь послал мне вас. Шортер ручается головой за вашу порядочность и я ему верю. Согласны мне помочь?
— Ну, что ж. Надо же отплатить добром за подаренный мне костюм…
— Перестаньте издеваться! Я в трудном положении.
— Простите, милорд. Отрыжка солдафонщины. Я готов вам помочь. Честь десантника тому порукой.
Гамильтон схватил мою руку и с жаром ее потряс.
— Спасибо. Рад, что не обманулся в своих ожиданиях.
Расстались мы с лордом почти друзьями. Остаток дня я провел в своей каюте, глядя поочередно, то комедии, то ужастики. От боевиков меня тошнило — настолько все неестественно. За просмотром кинофильмов потихоньку прикончил всю бутылку джина из бара в каюте. Перспектива торчать два дня отпуска из четырнадцати в «старой доброй Англии» меня не прельщала. Приземлиться мы должны были именно в Англии, недалеко от Лондона. Но я тут же собирался пересесть на флаер, идущий в Россию и через полтора часа быть в Великом Новгороде. А на следующий день уже сидеть с удочкой в руках на берегу озера — ловить рыбешку для новгородских кошек.
Черт! Придется «сражаться» за фамильную честь Гамильтонов, размахивая пластмассовым мечом. Черт! Заказывая себе ужин в каюту, попросил бутылку джина и тоник. Морозилка едва успевала замораживать лед. К полуночи я уснул полупьяным.
Глава 2
Утро ничем
